— Да он мне, если ты хочешь знать, как брат родной! Если Гиви посторонний, тогда я не знаю, кто не посторонний! Попку покажи. — Девушка продолжала жеманиться. — Катерина, я тебя умоляю!» — артистично сложил Резван ладони.
«Какой же ты все-таки противный! — в отчаянии махнула рукой девушка. — Ну как пристанешь, так ни за что не отвяжешься. Ну, смотри, бесстыжий, — произнесла капризно Катерина, — чтобы у тебя зенки повылазили».
Она подняла красное платье, под которым ничего не было, и уверенно покружилась перед камерой.
«Ай, молодец! Ай, моя красавица, — похлопал ладонью Резван по белоснежной коже девушки. — Ну не попка, а персик! — поцеловал он сложенные пальцы. — Если у меня и повылазят зенки, красавица, так только на твою грудь! Посмотри, Гиви, какие у нас девушки! Красавицы, все белые, все сдобные. Бережем! Для хороших клиентов бережем, для таких богатых, как ты, Гиви! Забирай девушку, для тебя ничего не жалко. Только товар не попорти, — шутливо помахал он пальцем. — А то я тебя знаю!.
.»
* * *— Давай дальше прокрути, может быть, там что-то поинтереснее есть?
Быстро замелькали кадры. Чертанов ненадолго останавливал пленку, чтобы рассмотреть лицо очередной девушки, потом вновь нажимал на пульт.
— Стоп! — крикнул Шевцов. — А теперь перекрути назад, кажется, что-то интересное.
Ничего особенного. Обыкновенное совокупление особей противоположного пола. Это в эротическом кино получается все красиво, с музыкой, с плавными движениями и страстными поцелуями.
А в жизни все довольно-таки приземленно, монотонно, с периодической переменой поз, с гортанными вскриками."
"Крупным планом был виден затылок матерого самца. Вот камера слегка поползла вниз, запечатлев его слегка обрюзгшую фигуру. На коленях у него, так же спиной, сидела белокурая девушка и страстно елозила, слегка откинув голову, а он лишь вяло шевелился.
— Не узнаешь? — воскликнул Шевцов.
— Кого, женщину?
— Всмотрись в мужика!
И в этот самый момент мужчина на секунду повернул голову.
— Шурков! — ахнул Чертанов.
— Он самый.
И вновь перед камерой предстал крупный затылок Шуркова. Его широкие плечи и плотные руки. Впрочем, мужик он был не промах и мог украсить собой любую русалку. А из их совокупления получался совсем неплохой тандем. Широкие ладони Шуркова легли на плечи девушки, затем прошлись по ее рукам и остановились на осиной талии. Слегка приподняв ее, он вновь как бы надел ее на себя, придвинувшись ближе.
