— Почему-то портфель не был закрыт на замок, и мы только заглянули в него. Слишком большой был соблазн, я не удержался. Ведь я же вор! — обиделся Серый.
— И что же ты там увидел?
Парень пожал плечами.
— Какие-то бумаги были, папки, но они меня не интересовали. А вот из одного кармашка торчала пачка долларов. — Выглядел Серый слегка смущенно. — Я не стал все брать. Так, отщипнул немного. — И, показав на девушку, сказал: — Потом мы разделили. На каждого по шесть тысяч получилось.
Маруха кивнула:
— Верно.
Как сказал Варяг, кроме документов, в портфеле должно было лежать пятьдесят тысяч долларов. Когда портфель попал к Тарантулу, то в нем обнаружилось всего лишь тридцать восемь тысяч. Деньги Тарантула интересовали меньше всего, не такая уж это большая сумма, чтобы списывать парня с девкой под раздачу. В конце концов, он — вор, она — маруха, и выкраденные ими деньги можно воспринимать как заслуженный заработок. Волновала правда, солгавшему единожды, доверия нет. Парень благополучно проскочил и этот тест, сам не подозревая, что находился всего лишь на волосок от гибели.
Тарантул вытащил из кармана два загранпаспорта:
— Это ваши ксивы. Сейчас вам нужно затаиться, хотя бы месяца на полтора. Деньги у вас есть, езжайте куда-нибудь на Гавайи или в Европу. Понадобитесь, дам знать. Будет кое-какое дельце. Все! — Oн мягко положил ладонь на стол, давая понять, что разговор закончен.
Серый и Инна взяли документы.
— Ну так мы пойдем? — нерешительно спросил Серый.
— Дима вас проводит, — Тарантул показал на человека, молчаливо стоящего в углу комнаты.
Когда молодые повернулись лицом к двери, охранник выжидающе посмотрел на Тарантула. Тот отрицательно покачал головой, что означало: «Пусть пока живут!»
Фрол и Инна вышли.
Дима вскоре вернулся и доложил:
— Там к вам просится Леха… Ну бригадир… Не пускать?
— Нет, отчего же, — усмехнулся Тарантул. — Пусть зайдет.
На пороге комнаты появился Леха с лоснящейся от удовольствия физиономией. Чувствовалось, что в клюве он зажал ценную добычу.
— Ну? — поинтересовался Тарантул.
— Тут такое дело, Константин Игоревич, — Леха продолжал сиять, как медный пятак. — Похоже, накнокали мы маньяка этого…
* * *"
"Игоря Строева Чертанов знал уже не один год. Прежде они работали в одном отделе, и Строев считался весьма крепким оперативником. Но три года назад его перевели в полицию нравов. И поди тут разбери, что к чему: не то хотели наказать, не то бросили на прорыв.
