— Вы говорите, что он имел связи с женщинами. Может быть, с этой стороны ему угрожала опасность?"
"— Да бросьте вы! — отмахнулся Федор. — Я могу предположить все, что угодно, но только не это. Валера не любил сложностей. Романы заводил мимолетные, ни к чему не обязывающие. Он легко сходился с женщинами и так же легко расставался. У меня такое чувство, что женщины ему были даже благодарны за то, что он встретился на их пути. Такие, как он, скрашивают существование одиноким бабам. Способны хоть ненадолго, но превратить их жизнь в праздник.
А потом, знаете ли, если каждый ревнивец будет убивать своего соперника, то мужики просто перебьют друг друга все до единого! Нет, так не бывает. И потом, он старался не афишировать своих увлечений. У него была пара служебных романов, но и об этом мало кто знал. И я бы об этом не узнал, если бы однажды он сам не проговорился на одной вечеринке. Но эти женщины смотрели на него с таким обожанием, как будто каждую из них он обеспечил до старости.
— Кажется, я кое-что начинаю понимать, — кивнул Чертанов.
— А вы сами что думаете по этому поводу? Кто его мог заказать?
Абрамов нахмурил брови:
— Знаете, я много об этом думал. И мое мнение таково: он погиб совершенно случайно. Скорее всего его спутали с другим человеком.
Как бы невзначай Абрамов посмотрел на дорогие швейцарские часы, достаточно тактично и тонко, давая понять: я уважаю следственные органы, но и вы поймите меня правильно, мне тоже нужно поработать.
Улыбнувшись краешками губ, Чертанов поднялся.
В общем, все верно, не следует злоупотреблять гостеприимством. Мужик ему понравился, и то, что он ему рассказал, было очень похоже на правду.
— Ладно, не буду вас задерживать. Если вспомните что-нибудь важное, звоните.
— Обязательно, — произнес Абрамов, поднимаясь следом. — А вообще, я бы советовал вам поговорить с коллегами Валеры по прежней работе.
— Кого вы имеете в виду?
— В первую очередь Степана Козлова.
Короткое, но крепкое рукопожатие. На лице Абрамова отобразилось облегчение.
Впрочем, возможно, Михаилу показалось. Хотя, с другой стороны, как тут не порадоваться, если наконец спроваживаешь назойливого опера восвояси. Понимать надо!
Михаил вышел на улицу. Воздух был прохладен и свеж. Улицы были мокрые, а на тротуарах блестели небольшие лужицы. Оказывается, прошел дождь, а за разговором он этого и не заметил.
Через час майор Чертанов должен был быть в кабинете у Крылова. Надо доложить о первых результатах.
