Неужели Фарн все-таки полагает, что зверь отдал свой дар мне?
Произнесла стараясь, чтобы голос звучал участливо, но совсем не заинтересованно:
— Вы что-то потеряли?
— Нет… Не совсем… Но мне хотелось бы знать, где находится одна вещь. Очень ценная и уникальная. Имеющая отношение к моему клану. Если вы все-таки что-то видели…
— Не видела, — пробормотала сдавленно. — Никого и ничего необычного.
Ну да. Кроме дракона, воробья и чешуйки. Но они как раз вполне обычны для Леса.
— Уверены? — Он быстро шагнул вперед, вынуждая меня отступить.
— Может, подумаете еще?"
"Так мы и замерли на некоторое время — я, прижавшаяся к стене, фактически распластавшаяся по ней, он, нависший сверху, и больше ни одного живого существа в целом мире… По крайней мере, в переулке точно.
Даже воробей затих, не подавал никаких признаков жизни и помогать совсем не собирался. Ящер тоже не появлялся. Ну, а Лес… Он, действительно, был слишком далеко. Не сбежать и не скрыться.
Я все-таки подняла голову, и это стало ошибкой.
Фарн находился близко… Слишком близко для того, чтобы оставаться невозмутимой.
И с самообладанием у него, судя по всему, тоже имелись проблемы. Он хмурился, не сводя с меня взгляда, наклонялся все ниже — я уже ощущала на губах его дыхание. Потом поднял руку, медленно, как во сне, и на миг показалось, что он вот-вот коснется моей щеки…
Остановился Дракон в самый последний момент. Резко выдохнул, сжал пальцы в кулак, словно удерживая сам себя, произнес хрипло и как-то рвано:.
— Ваши глаза… Они постоянно меняют цвет.
Раньше были серыми… да, совершенно точно, серыми, а теперь, если присмотреться, появился синий оттенок.
Серые… синие… Я закусила губу, лихорадочно соображая, успела ли использовать маскирующие капли. В этой постоянной чехарде со сменой облика немудрено запутаться. Нет, вроде не забыла. И ведь там, в поместье, он тоже говорил что-то про глаза. Неужели начал видеть мой истинный облик? Если так, я больше не обману его личиной.
Видимо, я не сумела скрыть своих эмоций, потому что Кайден дернулся, как от удара, выпрямился и поинтересовался глухо:
— Вы меня боитесь?
И я не выдержала.
Надо было промолчать, но его близость сбивала с толку, заставляла нервничать. А там, на заднем дворе, ждал клиент, слишком долго уже ждал. Я остро чувствовала, как уходит, утекает сквозь пальцы отпущенное мне время, секунда за секундой, и от этого беспокоилась еще больше.
Потому и заговорила быстро, взволнованно, отчаянно:
— Нет, не боюсь. И у меня серые глаза.
