Впрочем, они могли разделаться с Аптекаревым по какой-то серьезной, но неведомой нам причине и вовсе не собирались грабить его. При любом раскладе Дидонов у нас случайная жертва. Ежели родственники и соратники начнут мутить воду и настаивать на заказном убийстве, вспомнив, что он у нас видный политический деятель и так далее, мы ознакомим их с результатами вскрытия, где не забудем упомянуть о половом акте. После чего мутить воду им расхочется, особенно ежели намекнуть на вездесущих журналистов.
– Кто их обнаружил? – спросил Лукьянов.
Мы вроде бы все обсудили и спокойно закурили, решив передохнуть.
– Сестра парня, – ответил Николаев. – Зашла в обед, у нее ключи есть, это родительская квартира. Родители умерли. Женщину отвезли домой, она плохо себя чувствует, с ней наш сотрудник.
– Надеюсь, ей уже объяснили, что о некоторых обстоятельствах стоит помалкивать? – спросила я, стараясь быть полезной.
– Конечно.
Николаев повеселел. Ситуация больше не казалась ему безнадежной, а я пыталась поразмышлять на тему: кто мог убить Дидонова? И Мишку, разумеется, тоже, но сейчас меня, по понятным причинам, интересовал Дидонов.
"
"Если не считать мелких газетных пакостей, вроде недавней статейки, особого вреда я от него не видела. Я не себя имею в виду, а нашу богадельню, как ее именует Лялин. Дед Дидонова терпеть не мог, но не считал серьезным человеком. Хотя не так давно, сидя на моей кухне, предложил разобраться с ним, то есть приструнить. Тот же Лялин намекал на союз Дидонова с крупным предпринимателем Игнатовым.
Игнатов – фигура, но политикой, по-моему, не интересовался, хотя деньги имел серьезные, а также авторитет, который, как известно, ни за какие деньги не купишь. Если они решили объединиться… Что ж, на следующих выборах Деду придется туго. До выборов далеко, хотя чем раньше свернешь врагу шею, тем спокойнее на душе. Очень может быть, что хлопнули Дидонова наши, одно тревожит, анонимка в кармане Дидонова, которую я нашла ночью. Она прямо указывала на меня, как на возможного подозреваемого.
Конечно, никто бы не поспешил защелкнуть на моих руках наручники, но сам факт… Нет, Дед тут ни при чем. Хотя наши умельцы запросто могли сделать хитрый ход. Мол, если есть анонимка, дураку ясно, мы не при делах, и нас беспардонно подставляют.
– Осточертело мне это, – пробормотала я и испугалась, огляделась, но, судя по лицам Лукьянова и Николаева, тревога была напрасной.
Появились секретарь Дидонова и его заместитель.
