На следующий день Серафимович появляется в универмаге, где работает Иванова, и ее обнаруживают в кабинке для переодевания. А через восемь дней кто-то убивает Иванову, а вслед за ней Тюрину, которая оказалась приятельницей Ивановой.
– И ты уже знаешь, кто их убил? – скривился Артем.
– Узнаю, – ответила я, состроив ему рожу. – Запроси уголовное дело Серафимович, покопаемся. Чувствую, причина в том давнем преступлении. Зачем-то она сюда пожаловала.
– Похоже, ты права. Серафимович приезжает сюда, встречает старых подруг, но кого-то ее приезд вовсе не обрадовал.
Предположим, Иванова случайно видит убийцу, возможно, это кто-то из их общих знакомых. Поначалу она даже могла его не заподозрить. Но, подумав… В результате еще один труп. А так как она приятельствовала с Тюриной…
– Классная версия, – кивнула я. – Правда, кое-что настораживает.
– Что тебя настораживает?
– В понедельник Иванова встречает подругу на вокзале, она ведь из-за этого отпросилась с работы. То, что она соврала про зубного хозяйке, понятно, та могла решить, что подруга способна и сама с вокзала добраться.
Но ведь Иванова и мужу ничего не рассказала.
– Просто не хотела, чтобы он узнал, что у нее такая подруга. Убийство – не фунт изюма, хвалиться такими знакомствами не принято.
– А парень, который, по утверждению уборщицы, вертелся рядом с ней?
– Может, ей привиделось. Уборщице, я имею в виду."
"– А если не привиделось?
– Тогда вообще чепуха. Допустим, парень следил за женщинами…
– И Иванова его узнала…
– И когда Серафимович нашли в универмаге мертвой… она вспомнила про встречу на вокзале и… скончалась.
Но убил ее левша, – сурово нахмурился Вешняков и зачем-то погрозил мне пальцем, а то я не помню.
– Так никто и не возражает, что убийц двое. Артем вскочил и кинулся к двери, признаться, слегка напугав меня.
– Куда ты?
– Мне не терпится заглянуть в то старое дело. Теперь и я уверен, что там мы и обнаружим нашего маньяка.
Я оставила Артема вместе с его пылающим энтузиазмом, а сама отправилась домой, радуясь, что могу осчастливить Лукьянова, мол, зря вы к нам душевно стремились, обойдемся без сопливых.
Хорошее настроение портила мне лишь мысль о Дидонове, которого, похоже, до сих пор никто не хватился.
Где-то на полдороге зазвонил мобильный. Голос начальника Дедовой охраны я узнала не сразу. Неизвестно, почему мы недолюбливали друг друга, впрочем, я-то недолюбливала его по простой причине, в отличие от Лялина настоящим профессионалом он не был. Так, любитель пускать пыль в глаза.
