— Почему? — хрипло звучит спустя паузу.
Не знаю, когда эта тема станет для меня менее болезненной. Таких всего две. И вторая — это не брошенная, почти у алтаря, невеста.
Сейчас, не играя, возвращаю свой взгляд на него. Если бы это было возможно, то наши глаза наверное вели бы свою беседу, но мы всячески запрещаем им это делать.
— Почему что?!
— Почему не танцуешь? — хмурится он.
Горько так улыбаясь и наблюдая за тем, как волнуется вино в бокале, отвечаю:
— Не получилось.
Влага в глазах скапливается так быстро, что я не успеваю предотвратить, но старательно удерживаю пелену.
— Что произошло?!
— Травма."
"Минута слабости, где я лишенная мечты, вновь беру себя в руки, смахивая этот настрой. Не с ним я должна это обсуждать, а со своим психотерапевтом.
— Все? — возвращаюсь глазами, цепляя наигранно вежливую улыбку.
— Мне ж…
— Нет. — намеренно перебиваю: — Не нужно меня жалеть.
Он возможно растерян, но как и всегда его натура не выдает ничего, кроме сосредоточенной маски.
Как только я собираюсь завершить этот разговор, возле нас оказывается еще один человек из прошлого.
— Риз, женушку предупреди, чтобы не ждала.
Я не видела кольца, но с другой стороны… а чего я ожидала. Открывшаяся информация вызывает внутри что-то странное, но закапываю поглубже, не анализируя, не заостряя свое внимание. Отголоски прошлого, только и всего.
— Ну здравствуй, Абрамов. — медленно поворачиваюсь улыбаясь мнимому другу.
— Ника?!
В отличии от Ризанова этот человек ярко реагирует на любые события, поэтому его мимику можно отчетливо прочитать.
Удивление и оценивающий взгляд. Последнее прямо фишечка блондина. Он протягивает телефон моему собеседнику, и я реагирую на это движение.
Удар под дых. Лучше бы я этого не делала.
Глава 8
Артур
Твою мать!
Вижу, как ее глаза расширяются, и увы, это не от вина.
Вся ее бравада будто исчезает, возвращая в тот облик раньше.
Нет, она безусловно изменилась, тем не менее конкретно сейчас я вижу ту девочку из прошлого.
И, черт возьми, одновременно рад ей и абсолютно этого не хочу.
Блокирую смартфон, отключая входящий звонок. Абрамов стоит рядом, не сводя взгляда с Вероники, а она в ответ не моргая молчит.
— Спасибо, Кир.
Хочется втащить ему за то, что влез.
Нет необходимости ей объяснять, однако, слова так и крутятся на языке. Нутро прямо орет о том, что я должен что-то сказать.
На кой черт непонятно?!
— А ты я смотрю, изменилась. — снова влезает товарищ, а внутри клокочет нерв.
