— Он ведь жив, так, да?! — кажется, что я говорю одними губами, зВуков неслышно. — Сейчас он в реанимации. Больница триста пятнадцать. Я могу послать за…
Отключаюсь, сдерживая вой, что рвется наружу.
Нет. Осматриваюсь по сторонам, но не вижу ничего, ни номера, ничего.
Пустота.
В глазах лишь та неловкая улыбка самого желанного мужчины в моей гримерной. Хриплый рокот любимого человека в ухо, что все еще любит.
Пошатываясь, крепко сжимая телефон, по стене иду к двери. Пальто в охапку и, капая соленой влагой на экран, невпопад тыкаю, заказывая такси.
Уже сидя в машине неверие сходит на нет, и приходит сокрушительное отчаяние. Глотаю рыдания, закусив руку.
Нет, пожалуйста, только не он.
Я просто не выдержу. Я не хочу выдерживать. Артур ведь сильный, он просто обязан жить. Обязан.
Таксист оборачивается, спрашивая в порядке ли я, стираю рукавами слезы, кивая и отворачиваясь в окно. Коробка, что сжимаю до побелевших костяшек, боясь уронить, жжет глаза. А боль, такая дикая, словно распространившаяся по всему телу, не дает дышать.
Нет. С ним все будет хорошо. Это ведь Ризанов. Он все решит, он все может….
Пытаюсь сделать вдох, но не получается. Сжимая голову руками покачиваюсь на сидении.
Когда такси останавливается у больницы, влетаю внутрь.
— Ризанов Артур Александрович! — подлетаю к стойке с полной девушкой.
— Кто это? — медленно отвечает она. — Недавно поступил к вам. Ризанов Артур Александрович, после дтп. Он в реанимации, Какой это этаж? — хаотично вожу глазами в попытках найти указатели.
Попутно кидаю взгляд на людей, может быть здесь кто-нибудь есть? Максим?
— Кем приходитесь?
Прикрываю глаза, и не своим голосом чеканю.
— Ризанова Вероника Романовна, жена! ЧТо-то еще?
Ощущение, что еще немного и я схвачу ее за волосы, и мне будет плевать, что я за это получу. Она смотрит с очевидным скепсисом и, вздернув бровь, наконец, смотрит в свой долбанный журнал.
— Третий этаж. Вас все равно не впустят, нечего кричать. — говорит она вяло.
Срываюсь с места, сдерживая новую порцию слез.
В момент, как я оказываюсь в холле вижу Максима, прислонившегося к стене.
— Что с ним?! — подлетаю ища в глазах хоть какой-то ответ.
— Пока ждем. Операция.
Задыхаюсь, оседая на пол. Максим пытается поднять, но мне плевать. Я не хочу вставать.
— Он не может… Он не оставит… Он уже один раз оставил… — вою в голос, то захлебываясь рыданиями, то бессвязно лепеча."
"— Босс не сдастся. Он ведь никогда не сдается. — пытается меня успокоить мужчина. Я же мотаю головой.
