Она пододвинула ко мне фотографию, на которой был изображен крест, а на концах перекладин четыре фигурки: три женщины и мужчина. Одна женщина в длинном светлом платье, с короной на белокурых волосах; вторая – старуха, или же морщины – это трещинки на фреске, не разобрать, одета в бесформенный плащ; у третьей странные белые глаза, а может, краска облупилась, рыжие кудри спадают каскадом до колен; мужчина бородат и могуч, его фигура крупнее женских раза в полтора.
– Эти персонажи встречаются чаще всего.
Мужчина, наверное, воин, – на следующей картине этот мужик весьма натурально загонял копье в разинутую пасть гигантского волка.
– Ох, Юля, надеюсь, мы не совершили ошибку, оживив оборотня, – простонала я.
– Там разберемся, – отмахнулась подруга. – А теперь смотри сюда.
На последнем кадре четыре уже знакомых персонажа стояли, взявшись за руки, над шестиугольником, до боли напоминающим дверь в моем доме, из которого тянулись черные щупальца.
– У нас в подвале Ктулху? – высказала предположение я.
– Или другая неведомая тварь. Но может, мы все неправильно поняли.
– Надо бы наведаться в царскую библиотеку, которую так расхваливал Ярополк… Кстати, сегодня видела Амаранту на берегу, – вспомнила я.
– Что ей делать в деревне? – удивилась Юля.
– Я не уверена, что это была она. Фигура в плаще, лица под капюшоном не разглядеть, но кулон на груди алел, как маков цвет.
Я еще раз внимательно посмотрела на фигурки, держащиеся за руки над дверью моего дома.
Странно, но мне вдруг показалось, что я что-то упускаю…"
"С утра я уже привычно проснулась от громкого стука в дверь. Зевая, прошлепала по ступенькам вниз, просовывая руки в рукава халата, и открыла дверь в сказочный мир.
– Ведьма! – дохнул на меня вчерашними щами Парнаска. – Твоих поганых рук дело?
– От поганца слышу, – ответила я и захлопнула дверь.
Я прошла на кухню, увидела чашку кофе, несколько конфеток и записку от Юли: «Не хотела будить, я на занятия, буду после обеда».
Отхлебнув остывший кофе, посмотрела на часы. Ого! Уже полдень! Впрочем, неудивительно, что я так долго дрыхла. Событий прошлого дня мне бы хватило на неделю, если не на всю жизнь. В дверь снова постучали, еще громче, пришлось опять открывать.
– Ты что там, копытами барабанишь? – недовольно спросила я, разворачивая конфетку.
– Уйми свою тварь!
– Ты вообще про кого? – нахмурила я брови. – Оборотень что-то натворил? Так он не мой, а свой собственный.
