Сложно было такой толпе народа не шуметь. Но когда с нами лучшие маги двух империй все становится возможным.
Ведь наша сила в большой семье. Такой разной, но такой сплоченной.
— Люблю тебя и всех наших детей, — услышала горячий шепот на ухо, купаясь в чувствах своего дракона и смотря на то, как все обступили кроватку моего маленького волчонка. Мама плакала, ее успокаивал Ваал. Бабушку — Дитрих, хотя его и самого стоило успокоить. Иглай с опаской посматривал на Офелию, и я лишь удостоверилась в том, что закрою их в одной очень темной комнате и наложу щит, самый мощный на какой я способна.
Сделаю доброе дело магу. Он себя так нахваливал, что это не должно пропасть зря.
— И я тебя, мой дракон, — мы тихонько удалились из детской и вышли в коридор, но не успели далеко отойти.
— Отец? — Деректарг остановился, наблюдая за еще одной полуночной делегацией. Император был в сопровождении Ангелики и его женщины.
— Мы тоже пришли посмотреть на моего внука, — решительно произнес Дистарг.
— Меня зовут Равения, — мягко улыбнулась драконица и представилась, ведь мы не успели познакомиться с ней.
— Валерия или Лерия, — ответила я.
— Идите мы позаботимся о гостях, — махнул нам император и завел дочь и любимую в детскую комнату.
Мы поднялись в нашу башню, которую я не хотела покидать. С ней было связано только хорошее.
Деректарг подхватил меня на руки, и мы переступили порог.
— Ты мой свет, моя жизнь.
— Ты мой дракон, мой мужчина.
Деректарг поймал мои губы, вовлекая в горячий, но не нежный поцелуй.
***
Спустя три месяца
— Это все благодаря мне, — тихо проговорила Офелия и торжествующе оскалилась.
— Еще чего, — несогласно процедил Иглай.
— Это я занималась объединением наших империй.
— Это я внес поправку под шумок, о возможности второго брака императора. Так что это благодаря мне мы сейчас празднуем двойную брачную церемонию."
"— Если бы не мы и наши традиции, не в пример лучше ваших, то даже Деректарг не смог бы надеть брачный браслет на Лерию, — надменно проговорила Офелия, ведь, действительно, у демонов не было этого закона о единственном браке правящей семьи, жутком пережитке драконьего прошлого.
— Ну да, ну да. Нашелся бы сумасшедший, который запретит его высочеству окольцевать нашу химеру.
— Она такая же ваша, как и наша, — напомнила Офелия. Иглай скрипнул клыками.
— Все равно никто не знал, что она вдова, а баронесса так напугана, что боится собственной тени.
Демоница поджала губы и, наконец, замолчала.
