От скуки я открываю козырёк, заглядываю в зеркальце, потом тянусь к бардачку — просто чтобы занять руки и хоть как-то отвлечься от собственных мыслей, которые крутятся в голове, как сломанная пластинка, не давая ни вдохнуть, ни выдохнуть.
В бардачке — идеальный порядок. Ни фантиков, ни чеков, ни крошек. Документы в пластиковой папке, салфетки, маленький флакон антисептика. И ближе к крышке — упаковка презервативов. Новая, не вскрытая. Просто лежит, как часть набора. Но всё равно немного щёлкает по нервам.
Саша возвращается спустя десять минут, купив всё необходимое.
Он садится на место, тянется к ремню безопасности — и весь салон наполняется его энергией: деловой, живой, немного резкой.
Пульс против воли ускоряется. Его присутствие раскачивает меня — если не постоянно, то с завидной регулярностью.
— Сколько я тебе должна? — спрашиваю, рассматривая содержимое аптечного пакета.
Я не привыкла принимать помощь просто так. Даже в таких, казалось бы, бытовых ситуациях мне проще заплатить и сохранить контроль, чем оказаться в неопределённом долгу.
У нас с Костей был раздельный бюджет, и меня это вполне устраивало.
— Можно просто «спасибо», а там посмотрим, сколько ещё потянет.
— Окей, спасибо. За всё. Не только за лекарства. Ты так ловко разрулил ситуацию, что я на секунду даже подумала: у тебя точно есть связи в больнице.
Саша заводит двигатель и кладёт руки на руль. Я чувствую, как он косится на меня, очерчивая взглядом линии по ногам, волосам и замирая где-то на уровне груди. Не знаю, что у него в голове в этот момент, но в моей — гул, перекрывающий любые попытки здраво рассуждать.
— У меня нет связей в больнице, Оля. Просто опыт.
— Часто попадал в травму?
— Чаще, чем хотелось бы. А ты, похоже, впервые?
— Почему это? — удивлённо приподнимаю бровь.
— Не знаю. Ты на вид нежная. Как будто тебя всю жизнь оберегали. Скажешь мне адрес?"
"Я примерно предполагала, что манера вождения у Саши такая же неспокойная, как и всё в нём. Это не вызывает опасений, потому что у него отлично работает концентрация, и он умеет быстро реагировать.
Но я всё равно вжимаюсь в сиденье от того, как тесно ощущаю его рядом.
Во встречах раз в неделю есть своя прелесть. За это время тело успевает подзабыть прикосновения, голос и вкус кожи — но не настолько, чтобы не хотеть повторить. Даже сильнее, чем в прошлый раз.
В дороге меня шатает из одного решения в другое. Я то собираюсь попрощаться с Сашей на пороге, то ловлю себя на идее пригласить его в квартиру.
