После развода я действительно не заводил серьёзных отношений и даже не собирался. В ближайшие годы — так точно. О том, какие связи предпочитает сама Оливия — одноразовые или не очень — не уточняю, но почему-то уверен, что ей это претит.
Я, блядь, скоро по буквам начну читать намёки и интонации в тексте.
«Да, угадала».
Сообщение улетает раньше, чем я успеваю обдумать, стоило ли вообще признаваться в том, как провожу свой досуг. Но после короткой паузы телефон снова оживает:
«Она красивая?»
Бросаю взгляд на Настю и ненадолго подвисаю.
Спускаюсь от шеи ниже — к груди, выразительной талии и бесконечно длинным ногам в чёрных лаковых туфлях на убийственной шпильке. Она звонко смеётся, салютуя бокалом подруге, запрокидывает голову и демонстрирует белоснежные зубы.
«Не знаю, наверное», — слегка увиливаю.
«Как это ты не знаешь? У тебя же есть какие-то предпочтения? Она в твоём вкусе?»
Я открываю камеру и снимаю короткий ролик — в кадре моя ладонь, скользящая по ногам. Девушка с коктейлем, повернувшаяся в профиль.
Фоном — стол с фишками, картами и алкоголем. Из меня так себе видеограф, но Оливия реагирует на вложение моментальным лайком.
«Шикарная у вас тусовка».
«Нормальная».
«Никогда раньше не обращала внимания на чьи-то руки, но твои выглядят... впечатляюще. И не прибедняйся, Лекс. Девушка, которую ты гладишь, — очаровательная».
Я хочу написать, что в любой момент — стоит ей только дать знак — могу отменить намеченные планы и встретиться с ней в нейтральном месте.
Не только в нейтральном — где угодно.
Я не против пригласить её домой, если не испугается. Но не знаю, насколько это будет уместно.
Задумчиво отбиваю ритм пяткой.
Я никогда не общался по перепискам. Даже на сайте знакомств ни разу не регистрировался. Даже когда было пиздец как тошно после развода. В какой-то степени Оливия — мой первый подобный опыт. И чтобы не скатиться к «в душ и без меня», приходится постоянно себя одёргивать.
«Давай, я тебе свою впечатляющую руку, а ты мне — что-нибудь не менее интересное.
Так и сложим пазл».
«Если ты мечешься между своей спутницей и мной, я, пожалуй, уступлю ей».
«Одно фото, Оливка. Любое. В прошлый раз я правда не успел как следует рассмотреть, но то, что запомнил, — надолго отпечаталось в памяти».
Настя снимает обувь и капризно упирается ступнями в мой бок, требуя, чтобы я продолжил её трогать. Но, несмотря на то, что в паху простреливает от похоти, она направлена совсем не на неё.
