Собственно, кучеру было все равно – пока мисс Стоун продолжает будить в герцоге невиданные до сих пор чувства и станет провоцировать его на подобные взрывы эмоций, чаша весов Фортуны неизменно будет клониться в пользу Макрея.
– Скорее бы убраться отсюда ко всем чертям! – проворчал герцог, бросившись на сиденье открытой коляски.
«Поссорился с девчонкой», – решил Макрей, ухмыляясь про себя и вытягивая кнутом великолепных серых лошадей.
Он был так счастлив, что даже сверлящая боль в последнем оставшемся зубе мудрости не могла испортить его настроения.
Мысленно перечисляя все приятные способы истратить выигранные денежки, Макрей начал напевать печальную шотландскую мелодию. Однако после нескольких нот герцог наклонился вперед и разъяренно осведомился:
– У вас болит что-то, Макрей?
– Нет, ваша светлость, – ответил тот, не оборачиваясь.
– Вы в трауре?! – рявкнул герцог.
– Нет, ваша светлость.
– Тогда прекратите этот проклятый вой!
– Да, ваша светлость, – почтительно ответил Макрей, старательно пряча озаренное радостью лицо от взбешенного хозяина.
Глава 17"
"Уитни медленно раскрыла глаза, но тут же зажмурилась от ярких солнечных лучей, проникших сквозь щели в неплотно задвинутых занавесях. Голова тупо ныла, и на душе было необычайно тяжело. Но вместо того, чтобы попытаться понять, откуда эта тяжесть, она вяло наблюдала за тенями, ползущими по золотистому ковру, по мере того как солнце постепенно скрывалось за надвигающимися темными тучами. Уитни нахмурилась, все еще не осознав причину горечи и безысходного отчаяния, омрачивших душу.
И вдруг сцена, произошедшая прошлой ночью в кабинете, проникла в ее затуманенное сном сознание.
Охваченная паникой девушка снова зажмурилась, пытаясь отрешиться от ужасной реальности со всеми ее гнусными интригами, но боль оказалась слишком велика.
С трудом заставив себя сесть, Уитни повернулась, поудобнее уложила подушки и снова упала на постель. Она должна все обдумать, сообразить, что делать, составить определенный план.
Девушка с угрюмой решимостью начала перебирать все известные ей факты.
Во-первых, человек, арендовавший дом Ходжесов, оказался Клейтоном Уэстморлендом, пропавшим герцогом Клеймором. Что, конечно, объясняет его дорогую одежду и чудовищно надменных слуг.
Кроме того, он был также тем Сатаной, которого она встретила на маскараде в доме Арманов, тем же высокомерным, распутным…
Уитни с усилием постаралась заглушить всевозрастающую неприязнь и заставила себя вернуться к уже имеющимся сведениям.
