– У вас в комнате для допросов грязища! – разыграл возмущение Гуров. – У меня сейчас еще один допрос, а у вас там свинарник. Пусть этот задохлик помоет там полы!
Охранник с готовностью закивал, что-то проворчал мужичку в тюремной робе, и тот, подхватив швабру и ведро, потрусил в сторону Гурова. Подойдя ближе, заключенный пару раз бросил взгляд на Гурова, вежливо произнес привычное и обязательное: «Здравствуйте, гражданин начальник» – и прошмыгнул в комнату. Гуров еще раз огляделся по сторонам и вошел следом.
Дверь со стуком закрылась.
Заключенный испуганно обернулся. Да, этот тоже в страхе живет, подумал сыщик. Сами они вокруг себя и гадят, а потом боятся, живут в постоянном страхе. И ведь знают, что нельзя, знают, что нарушают закон, так нет, гадят и боятся возмездия. Не знал бы, что ученые уже докопались до пристрастия к преступлениям на хромосомном уровне, продолжал бы удивляться.
– Ну здравствуй, Свистун, – сказал Гуров, сложив руки на груди и упершись плечом в дверной косяк.
– Как поживаешь?
– Здрасте, Лев Иваныч. – Уголовник подобострастно поклонился. – А я вас сразу узнал. Как вы по коридору еще шли.
– Ну, раз узнал, значит, понимаешь, зачем я тебя позвал.
– Ага! – обрадованно закивал уголовник. – Полы вот велели тут помыть.
– Помоешь потом, – кивнул сыщик. – Для конспирации. А пока расскажи мне, что за фокус сегодня ночью провернуть пытались в тридцать шестой камере.
– Так там же, Лев Иванович, подследственные сидят, а я вроде как осужденный, мне с ними по внутреннему распорядку…
– Заткнись, Свистун, – поморщился Гуров.
– Я тебя устал слушать еще в прошлом году. Кто это тебе такую точную кличку прилепил? Свистун, ты свистун и есть. Лучше бы я тебя тогда пристрелил при попытке к бегству.
– Че это вы, Лев Иваныч? – Свистун даже чуть присел на подогнувшихся ногах. – Зачем такое говорите?
– Я ведь могу и не говорить. Могу молча сдать тебя твоим подельникам. Думаешь, мы по доброте душевной тебя в колонию не отправили?"
"– Я это, – с готовностью заговорил Свистун, – про то дело могу сказать одно.
Что маляву на него получили, на этого… Не знаю уж, как его зовут. И палача подсадили. Вы ж, Лев Иваныч, знаете, как такие делишки обделываются. Пришел парнишка с зоны, повязанный. Проходит месяц, два. Его находят братки, предъявляют, значит, по полной, а потом заданьице. Сесть в СИЗО и замочить того, на кого укажут. И себя, значит, чтобы ментам, простите, не сдать заказчика.
