– А зачем ему этот отель, если он овощами занимается? – удивленно спросил Гуров.
– Да сам-то он давно уже не занимается. Руководит только. А недвижимость у него – типа, хобби. Деньги вкладывает. Дача есть очень неплохая, где-то на первой линии, со своим пляжем, как говорится, еще там что-то, я не уточнял. Вот и гостиница эта из той же серии.
– Понятно. А этот, «легализованный»?
– А этот большой человек теперь. Он, если мои источники не врут, на контрабанде поднялся. В девяностые чего только и откуда только не возил.
И шмотки, и компьютеры, и лекарства. Машины даже из-за границы. И легально, и нелегально, и по-всякому. Конечно, в те годы он не один такой шустрый был, но кто-то деньги свои пропил или по рулеткам растряс, а этот поумней оказался. Теперь – один из учредителей солидной транспортной компании, ездит только в лимузине с водителем и про какие-то там перевозки каких-то там товаров узнает только из годового отчета о прибыли.
– Сам уже не транспортирует?
– Ни-ни!
– То есть еще один законопослушный гражданин, действующий исключительно легальными методами, – как бы про себя отметил Гуров.
– Именно! – с энтузиазмом подхватил Рудецкий. – Это вы очень точно подметили. Именно – еще один. Сколько у нас таких «легальных граждан» развелось, скоро проходу от них не будет. Вот и Проскурин. Тот тоже, наверное, в легальных себя числит.
– Я выяснил, что на допросы к следователю он приходил с адвокатом. Не знаете, что за человек?
– О! Вот это уж жук так жук. Похлеще самого Проскурина будет.
Такой угорь скользкий, без мыла влезет и вылезет, откуда хочешь. Как все-таки я попал! – снова переключившись на личные переживания, воскликнул Рудецкий. – Кругом обложили. С одной стороны, Николенька этот, гений финансовый – ни к одной бумажке не подкопаешься. С другой – Фирсов, Лиса Патрикеевна, самого черта готов перехитрить. Поди, попробуй с ними разговоры разговаривать.
«Это ты еще не знаешь, что ни Николеньке, ни Фирсову в твоем случае даже беспокоить себя незачем, – мысленно усмехнулся Лев, слушая эти горестные причитания.
– Нет в документах у них этого твоего вклада. А на «нет» и суда нет».
Но оставался еще один вопрос, который ему очень хотелось прояснить.
– По моим сведениям, один из нынешних собственников отеля во Владимире приобрел свою долю не в фирме Проскурина, а у некоего третьего лица. Вам что-то известно об этом?
– У третьего лица? У какого лица? – недоуменно переспросил Рудецкий. – Нет, о третьих лицах ничего не знаю.
