Хуже мужчины, заставившего женщину плакать, только мужчина, который заставил женщину плакать и не испытал по этому поводу угрызений совести!
Сара с некоторым уважением взглянула на кузину:
– Замужество тебе к лицу!
Хонория самодовольно улыбнулась:
– Это так!
Сара перекатилась на край кровати и встала. Ноги затекли, и она принялась их разминать.
– Он уже знает, что заставил меня плакать.
– Вот и хорошо.
Сара прислонилась к кровати и взглянула на руки: пальцы распухли. Как это случилось? И как могут получиться пальцы-сосиски только от слез?
– Что-то неладно? – спросила Хонория.
Сара с сожалением вздохнула:
– Я предпочла бы, чтобы лорд Хью считал меня той женщиной, которая прекрасна в слезах: глаза блестят и все такое…
– Ну да, вместо того чтобы покраснеть и распухнуть.
– Хочешь сказать, что я ужасно выгляжу?
– Тебе нужно причесаться.
Хонория, как всегда, само воплощение тактичности.
Сара кивнула.
– Не знаешь, где сейчас Харриет? Нас поселили в одной спальне. Не хочу, чтобы она видела меня такой.
– Она никогда тебя не осудит.
– Верно, но я не вынесу ее вопросов. А она начнет их задавать.
Хонория спрятала улыбку, потому что хорошо знала Харриет.
– Вот что я тебе скажу: сделаю все возможное, чтобы отвлечь Харриет, а ты можешь пойти в свою комнату и… – Она повертела руками перед лицом, давая понять, что нужно привести его в порядок.
Сара кивнула:
– Спасибо. И, Хонория, я люблю тебя.
– Я тоже люблю тебя, Сара.
Театрально смахнув со щеки несуществующую слезу, Хонория спросила:
– Хочешь, я предупрежу лорда Хью? Попрошу встретиться с тобой через полчаса?
– Лучше через час.
Сара, конечно, храбрая девушка, но не настолько. Ей нужно время, чтобы обрести уверенность в себе.
– В музыкальном салоне? – предложила Хонория, подходя к двери. – Там вы будете одни. Вряд ли кому-то придет в голову туда заглянуть: думаю, все боятся наткнуться на нас в разгар подготовки к музыкальному вечеру.
Сара невольно улыбнулась:
– Хорошо. Через час в музыкальном салоне.
В этот момент раздался громкий стук в дверь.
– Странно, – удивилась Хонория. – Дэниел знает, что мы… – Не потрудившись закончить фразу, она пригласила: – Войдите!
Дверь открылась, и появившийся на пороге лакей обратился к удивленно моргавшей Хонории:
– Миледи, я ищу его милость.
– Он любезно позволил нам воспользоваться его комнатой, – пояснила та. – Что-то случилось?
– Нет, но мне велели передать весточку из конюшни.
– Из конюшни? Очень странно.
