Зачем? Зачем я напомнила?
Давид щурится и смотрит на меня.
— Ты решила напомнить мне о своем долге? — спрашивает с усмешкой. — Я ведь заболел из-за тебя. Это раз. Купальник новый ты потеряла. Это два. Услуги доктора. Это три. Ты знаешь, какие тут дорогие купальники и доктора?
Накрывает мою руку своей и сильно сжимает. А потом встает и переставляет свой стул ближе к моему. Садится. Наклоняется и шепчет прямо в ухо:
— Думаешь, я позволю и дальше тебе измываться над собой? Поиграли и хватит.
— И что ты сделаешь? Опять дашь мне волшебную таблетку, чтобы я не сопротивлялась? — я поворачиваюсь и наши взгляды встречаются.
По глазам вижу, что Давиду не нравится мой вопрос.
— Давай раз и навсегда закроем эти темы? — вдруг предлагает он. — А то мы так и не поговорим нормально. Таблетку тебе дали, чтобы ты спокойно долетела сюда. Она безвредная и поверь, тебе понравилось тогда. Впрочем, как и всегда, — довольно ухмыляется. — Я хочу тебя, Василиса. Это правда. И ты меня хочешь.
Я фыркаю, но Давид продолжает:
— Хочешь, хочешь.
Не отворачивайся. Но почему-то все усложняешь. Если бы я не беспокоился о тебе, ты давно бы лежала где-нибудь под мостом. Да. И не смотри на меня так. Это правда. Ты и сама все прекрасно знаешь. Мы здесь не потому, что я решил трахнуть тебя на море. Тебе пока нельзя в Россию. Пока мои люди все не исправят. В том числе и то, что натворила ты.
— Что я натворила?! — возмущаюсь, но Давид обрывает меня."
"— Помолчи, — морщится и отпивает из бокала. — Я не могу пока тебе все рассказать.
Но ты в опасности. И поэтому тебе лучше слушаться меня.
— Ага, — киваю с ухмылкой. — По щелчку раздвигать ноги? И открывать рот?
— Хм, мне нравится, — улыбается Давид. — Жаль это лишь слова. Но хочешь — не хочешь, а пока ты будешь жить здесь. Со мной.
— Зачем это тебе, Давид?
Он долго смотрит на меня, потом отводит взгляд.
— Не задавай вопросов, на которые сама не знаешь ответа, — бурчит себе под нос.
Как раз подходит официант к нашему столику.
— Ешь. Молча, — недовольно говорит Давид.
Похоже, последний вопрос ему точно не понравился.
Я пожимаю плечами и принимаюсь за еду. И тут внизу кто-то жалобно скулит. Я медленно перевожу взгляд под стол и не могу сдержать улыбки.
Под нашим столиком сидит собака. Небольшая такая и взлохмаченная. И смотрит на меня так проникновенно, наклонив морду.
Давид тоже заглядывает под столом.
— Пиздец, — слышу от него. — Эй! — и он зовет официанта.
— Это что? — приподнимает скатерть и показывает на пса.
