Я не могла контролировать свое дыхание, и оно стало прерывистым и хаотичным.
— Значит могла бы?
Перехватил мои руки обеими руками и направил дуло пистолета себе в грудь.
— Куда бы ты выстрелила, Ксеня? В грудь? В живот? — опустил мои руки ниже, — Или в голову? А может в спину? В спину интереснее всего…и главное безопаснее. Хочешь я повернусь к тебе спиной?
Вдавил пистолет в свое тело, и я от страха вся сжалась, превращаясь в оголенный комок нервов. Мне хотелось сбежать и мои бедра непроизвольно напряглись. Если бы я могла сейчас рвануть к двери я бы так и сделала.
Но я не смогла бы даже вырваться он сжимал мои руки с такой силой, что я понимала, Волин скорее сломает их, чем разожмет пальцы. Нечеловеческий магнетизм и невидимая мощь, которую ощущаешь на ментальном уровне. Мрачная и холодная сила. Страшный и опасный зверь, способный вытворить что угодно.
— Не надо…пожалуйста. Отпустите меня…
— Зачем?
Дьявольская улыбка кривила его губы и отражалась в глазах.
— Отнять у нас обоих такую прекрасную возможность поиграть?
— Я не хочу играть.
— А я хочу. Давай. Сними его с предохранителя.
Но сделал это сам, и я услышала щелчок.
— Это старая игра и ты, наверное, о ней слышала много раз. Русская рулетка. В барабане всего лишь один патрон. И у тебя есть прекрасная возможность меня убить прямо здесь и сейчас.
Я сдавила челюсти так, что мне показалось мои зубы раскрошатся. Он действительно ненормальный.
— И нет тебе за это ничего не будет. Мой человек обставит все как самоубийство и на твой счет капнет триста тысяч.
Я уже распорядился. Давай. Это твой шанс избежать иных условий сделки.
Отпустил мои руки и расстегнул еще одну пуговицу на рубашке. Я увидела, что на его коже остался след от дула револьвера.
Тяжело дыша я смотрела в его сумасшедшие глаза и понимала, что этот маньяк не шутит. Он и в самом деле предлагает мне играть в его идиотскую игру. Его самого трясет от удовольствия и азарта.
— Ну. Давай. Всего лишь нажми на курок."
"Отблеск вожделения сверкнул в его взгляде и губы приоткрылись в предвкушении или вот-вот сорвущемся стоне.
Красивый, почти божественно красивый в этот момент и настолько же страшный. Как чокнутый фанатик. Я стояла, не двигаясь, ощущая напряжение во всем теле.
— Не выстрелишь — выстрелю я. Это ведь игра и у нее есть правила. А я честный игрок и дал тебе право первого выстрела. Ты ведь хотела бы отомстить?
Хотела бы. Самая дикая мечта — это сделать то, о чем он говорит — застрелить ублюдка.
