Только один раз они пересеклись на очередном празднестве, которое вздумалось устроить старшим Елагиным, вернувшимся из Испании.
— Мы тоже хотим отметить день рождения Саломийки, — объявила Ирина, и она не посмела возражать.
Александр решил устроить вечерний барбекю, лично замариновал мясо, и они вместе с Никитой жарили стейки. Был теплый майский вечер, и решено было остаться на ужин в беседке. Саломия вдыхала запах жареных стейков, и от случившегося дежавю у нее холодело под лопатками, она не смела даже поднять глаза на Никиту.
Тот тоже явно чувствовал себя неловко, но маскировал это куда удачнее Саломии.
Когда перед ней на тарелку шлепнулся сочный стейк, она чуть дара речи не лишилась — перед глазами стоял Никита, снимающий ароматный кусочек с вилки одними губами и так глядящий на Саломию, что у нее задрожали руки, и она торопливо положила приборы назад на тарелку. Приборы звякнули, старшие Елагины оба удивленно посмотрели на нее, отвлекшись от своих рассказов. Зато Никита среагировал неожиданно.
Пододвинул к себе тарелку Саломии, аккуратно разрезал стейк на кусочки и отодвинул тарелку обратно.
— Ешь, — так глянул на нее, что она внуренне сжалась. Он тоже вспомнил. А может и не забывал? Господи, как же это все пережить?..
— Она курсовую пишет, — продолжал удивлять договорной муж, — совсем из сил выбилась.
Он-то откуда знает о курсовой? Саломия от удивления только глазами захлопала, а Александр загадочно ухмыльнулся.
— Ничего, скоро оба отдохнете! Учись, девочка, нам умные нужны.
Саломия ничего не ответила, лишь молча жевала и не могла дождаться окончания пытки нахождением в беседке, где все напоминало об их совместном сумасшествии. А еще Никита, случайно прикоснувшийся к ней локтем и почему-то не убравший руку, хотя ему было не совсем удобно так сидеть, да и ей тоже. Но они сидели, как приклеенные, в общем, Саломия еле дождалась конца ужина и стремглав понеслась к себе.
Дальше случилась новая напасть, ей снова стал сниться Никита. Но что это были за сны! Чувственные, осязаемые, как будто все это происходило наяву, и самое ужасное, что теперь Саломия знала, КАК это может быть с ним наяву… Она просыпалась, вцепившись пальцами в простынь, дыша как марафонец, мокрая от пота, будто в самом деле бежала кросс.
Однажды проснулась так среди ночи и лежала несколько минут, восстанавливая дыхание, а потом ушла в душ, но теплая вода гладила и ласкала тело, будто руки Никиты, и Саломия решительно отключила горячую воду.
