Голос звучал подозрительно хрипло. Саломия подошла совсем близко и встала за спиной.
— Ты тогда попросил меня не выходить за тебя замуж, сказал, что любишь другую, попросил не вмешиваться. А я тебя не послушала. Я пришла домой расстроенная, — она подняла на него глаза и вымученно улыбнулась. — Прости меня, Никита. Ты просил, а я отказалась, но не из-за денег, просто я люблю тебя, давно люблю. Я влюбилась еще в «Амстердаме», как только первый раз увидела, ты тогда на меня даже внимание не обратил. А потом когда я сумку твоей мамы нашла, я не собиралась их отдавать, мне очень нужны были деньги.
— Для Игната? — ревниво спросил Елагин.
— Я отказалась с ним переспать, и он подставил меня, — Саломия видела, как менялся в лице Никита, но продолжала. — Потом позвонил телефон Ирины Матвеевны, там твоя фотография на заставке, и я поняла, что не смогу взять эти деньги. Мне очень хотелось тебя увидеть, — сказала она совсем тихо, — хотя бы еще раз.
Никита окинул ее странным взглядом и тем же хриплым голосом сказал:
— Собирай вещи, Саломия.
А сам вышел из комнаты.
Глава 25
«Ну вот и все…»
Саломия без сил обперлась о стену, все плыло перед глазами, она сама на себя злилась, а чего было ожидать? Заставила себя открыть чемодан и вывернуть на пол все его содержимое. Куда девать эти «мальдивские» вещи? С собой она, как и в прошлый раз, собиралась взять только то, с чем сюда пришла, значит остальное нужно оставить здесь.
Нашла мусорный пакет, собрала туда вещи и поставила у порога.
Пусть Елагины отдадут домработнице, та постирает и найдет куда пристроить. Саломия сложила свою одежду, мольберт, папку с рисунками и застегнула молнию.
Распахнулась дверь, в комнату сначала въехал огромный чемодан, следом вошел Никита.
— Я у матери попросил, потом вернем, — объявил он.
— Я уже готова, Никита, — сказала Саломия, изо всех сил стараясь быть сильной.
— Как это готова? — не понял Никита. — Ты что, уже все собрала?
Он открыл шкаф, платья висели в ряд, на полках лежали вещи, Елагин заглянул в мусорный пакет, стоящий у двери, и озадаченно посмотрел на Саломию.
"
"— А почему ты это не берешь? Хочешь отдать в стирку? Ладно, я потом заберу. Или смотри сама, у меня есть стиральная машина.
— У тебя? — ошарашенно уставилась на него Саломия. — Почему у тебя?
Никита медленно выпрямился, глядя на Саломию.
— Кажется, я начинаю догонять. Мы перезжаем ко мне, Мия, а ты что себе надумала?
— К тебе? — она была потрясена.
