В конце концов, он, Штендер, совершил должностное преступление, не сумев вовремя раскрыть врага рейха.
Когда обер-лейтенант Шнель вошел в кабинет шефа, сопровождаемый Гуго, хозяин поспешил навстречу, картинно протянув для приветствия обе руки.
— Дорогой Вилли, надеюсь, вы позволите так вас называть, я счастлив…
«О чем это он? — с недоумением подумал Шнель. — Может быть, пришел, наконец, приказ о награждении за тот «подвиг» в русских лесах?» Машинально он поднял тоже обе руки, чтобы ответить крепким рукопожатием, достойным солдата фюрера, сияющему Штендеру.
В то же мгновение на запястьях обер-лейтенанта щёлкнули наручники. Только сейчас он разглядел, что улыбка на лице гауптмана была не сияющей, а издевательской.
— Так вот, дорогой Вилли, я счастлив сообщить, что вам предстоит в скором времени поездка в Берлин, — продолжал тот. — Но я полагаю, что вы умный человек и все расскажете мне, не дожидаясь, пока вас заставят сделать это в гестапо на Принцальбрехтштрассе. Итог будет тот же самый, зато избавитесь от ненужных мучений.
— Это какое-то недоразумение, — запротестовал Шнель.
Штендер жестом остановил его.
— Не спешите, молодой человек, отрицать неотрицаемое. Еще раз повторяю, у вас только один выход: рассказать мне всю правду. Сейчас вас отвезут в один уютный домик. До утра вы подумаете, а потом мы поговорим.
«Это конец. Может быть, попытаться бежать? Но как?»
Словно прочитав мысли Шнеля, гауптман коротко приказал Гуго и вошедшему в кабинет второму громиле с лицом дегенерата и торчащими ушами:
— Если по дороге вздумает поднять шум, утихомирьте.
Ушастый осклабился и вытащил из рукава изогнутый кинжал.
— Будьте спокойны, эфендим, все сделаем, как надо, — ответил за обоих Гуго."
"Шнеля вывели во двор особняка, где стоял старенький «форд» с опущенными занавесками. Обер-лейтенанту связали ноги и втиснули на пол перед задним сиденьем. В грудь больно уперлись грязные подошвы ботинок Ушастого. Вилли не сопротивлялся, понимая, что это бесполезно. Впереди целая ночь, значит, есть и надежда.
Энвер прождал Шнеля больше часа. Но тот не пришел, хотя встреча была очень важной. Ведь сегодня он просил принести фотографии диверсантов. Видимо, что-то случилось. Внезапный полет? Едва ли, Вилли нашел бы способ отложить его, сославшись на неисправность мотора или еще чего-нибудь. Совещается со Штендером? Уже двенадцатый час, слишком поздно, «корреспондент» предпочитает ложиться спать вовремя.
Так ничего и не решив, Энвер направился в Бешин-таш к дому Шнелей.
