Таксист привез его к гостинице в узком переулке рядом с площадью Таксим в центре европейской части города. Это было весьма кстати, так как отсюда к Бешикташ можно добраться пешком.
Приведя себя в порядок после дороги, Гаранин пошел знакомиться с городом. Как и подобает иностранцу, впервые попавшему в Стамбул, прежде всего он направился на улицу Истикляль. Поход вдоль роскошных витрин ее магазинов занял почти два часа. Пришлось даже купить кое-какую мелочь, чтобы не привлекать излишнего внимания. После этого можно было искать дом Вилли.
Гаранин свернул налево и вышел на улицу Неджети-бей. Около порта он остановился поглазеть на крошечную литейную в полуподвале, отделался от назойливого лотошника, предлагавшего по дешевке «личные вещи» султана, и не спеша двинулся вдоль берега Босфора. Миновав резные ворота и ажурную решетку дворца Долмабахче, Гаранин замедлил шаги. Он делал вид, что любуется панорамой пролива, усеянного десятками судов, катеров, лодок. Наконец, в ряду других домов на набережной мелькнул нужный ему номер.
Это был старый, давно некрашенный дом с двумя истертыми ступеньками перед входом и выступающим над тротуаром деревянным вторым этажом.
Гаранин безразлично взглянул на него, постаравшись запечатлеть в памяти мельчайшие детали, и пошел дальше в сторону дворца Чераган. И только после того, как осталась осмотренной и эта архитектурная нелепица, в которой перемешались стили разных эпох и народов, он повернул обратно. Вдруг у майора появилось неприятное ощущение, что за ним следят.
Гаранин едва удержался, чтобы не обернуться. Поравнявшись с большой зеркальной витриной магазина, он со скучающим выражением задержался перед ней и успел рассмотреть, что с него не спускает глаз коренастый человек в серой каракулевой папахе. Стоило Гаранину остановиться, как застыл на месте и он. «Ну и физиономия, видно, свиреп, как настоящий потомок янычара, — подумал Илья Ильич. — А вот работает топорно». Чуть поодаль от Янычара топтался невысокого роста рябоватый парень в такой же серой папахе, из-под которой торчали огромные уши.
Неожиданное наблюдение могло означать только одно: Гараниным по какой-то причине заинтересовалась турецкая полиция. Иного объяснения, учитывая, что он всего несколько часов находится в Стамбуле и здесь его никто не знает, майор просто не находил. Сам по себе этот факт не играл бы никакой роли, — ведь в паспорте имелись все необходимые визы и отметки, — если бы не встреча со Шнелем.
