Тигран, осознав, что я не сопротивлялась больше, начала отвечать, оторвался от моих губ, замер на пару мгновений, жадно и довольно рассматривая мое залитое слезами лицо…
А затем, резко выдохнув, подался назад, из машины.
Со мной в руках.
Я не сопротивлялась больше, как-то резко ослабела. Словно он вместе с поцелуем волю всю выпил у меня. И меня всю выпил. Забрал себе.
Тигран поставил меня на ноги около машины, закрыл ее, затем легко поднял меня на руки и понес в подъезд.
Молча.
Как добычу, уже смирившуюся и готовую к употреблению.
Я же, вяло прислонив голову ему на грудь, не сопротивлялась.
Дышала, приходя в себя, чувствуя, как морозный воздух прочищает одурманенную голову.
Я опять проиграла. Битву. Но не войну.
Он сейчас принесет меня в квартиру, там сладко трахнет… И, возможно, не один раз даже.
И, наверно, опять будет рассказывать о том, что я — его.
И что деваться мне некуда.
А мне — есть куда.
Я не могу с ним бороться. Я — слабая и до сих пор влюбленная в него дура, пора это признать.
Я могу думать, что угодно, строить планы, какие угодно, но стоит ему появиться в моей орбите, просто настоять, прижать к себе, поцеловать… И все мои надуманные бастионы вывешивают белый флаг.
А, значит, надо просто не допускать его в свою орбиту!
Надо уезжать.
Ужасно не хотелось, мне нравилось учиться здесь, но сейчас стоял выбор: кем я буду дальше. Тряпкой, подстилкой горячего зверюги, лениво играющего со мной и так же лениво втаптывающего в грязь, или девушкой, которая уважает себя.
Сейчас я ему позволю.
Просто наемся до отвала, нажрусь, чтоб тошнило… Чтоб было, что вспомнить потом. Чтоб было, о чем сожалеть при каждом воспоминании.
Он думает, что победил.
Он нифига не знает женщин.
Тигран, словно не веря в мою внезапную покорность, смотрел на меня всю дорогу, пока мы ехали к его квартире на лифте. И молчал. Боялся спугнуть? Боялся, что очнусь, приду в себя?
А я изучала его подбородок, жесткую, мужественную линию челюсти, небритость, шею, сильную, крепкую…
И постоянно себе твердила: «Запоминай это все, Мара.
Запоминай. Чтоб было, о чем жалеть потом».
У двери квартиры Тигран как-то ловко перехватив меня одной рукой, второй достал ключи и открыл замок.
Перешагнул вместе со мной на руках через порог, словно невесту в дом заносил.
Зажегся свет, я поморгала от его внезапной яркости.
А затем уставилась на вышедшую в прихожую женщину.
Невысокую, хрупкую, очень красивую.
И очень пожилую.
