Ты был полумертв, занимаясь своими делами, пока Сиенна не переехала в этот дом. А теперь ты словно наконец-то возвращаешься в мир живых.
— Мир безумия был бы более точным. — Я провел рукой по волосам. — Она совершенно не понимает, насколько опасны игры, в которые мы играем. Если бы она оказалась с кем-то другим, и они поймали бы ее на шпионаже…
— Но она этого не сделала. — Кева положила руку мне на предплечье. — Почему ты не рассказал ей о своем слухе, Драго?
— Чтобы она тоже сообщила об этом своему дону?
— Думаешь, она это сделает?
— Без сомнения.
— Я киваю и поворачиваюсь, чтобы войти в гараж. — Я должен идти.
Я смотрю на огромную миску, доверху наполненную зелеными стручками.
— Я и не знала, что горох вот так растет."
"— А как, по-твоему, он растет? — спрашивает Кева, очищая стручки гороха из своей миски.
— Не знаю. Никогда об этом не задумывалась. — Я беру стручок и раскалываю его, извлекая маленькие зеленые бобовые. — Так сколько нам нужно стручков на обед?
— О, это просто для салата, так что мы можем остановиться, когда наполним чашку или две.
Если бы это был гарнир, я бы использовала замороженные, потому что тогда нам понадобилось бы не меньше десяти фунтов.
Мои глаза расширяются.
— Я не знаю, как вы готовите каждый день почти для пятидесяти человек.
— Девочки помогают. — Она наклоняет голову в сторону, выглядя задумчивой. — Я всегда хотела иметь большую семью, но у меня не было возможности. Думаю, это лучший вариант.
— Как вы оказались здесь, с Драго?
— У меня был друг в Нью-Йорке, — говорит она, не отрывая взгляда от своих рук.
— Так что я взяла с собой Драго и Тару. Ему было семнадцать. Таре тогда было четыре года.
— А что с их родителями?
— Они были в мафии. В их доме была заложена бомба в отместку за то, что отец Драго убил нескольких человек. Оба они погибли при взрыве. Драго и Тара выжили. — Ее голос дрожит, она смахивает слезу. — Дина, их сестра, тоже погибла.
У меня сводит желудок, и я закрываю рот рукой, но шокированный вздох все равно вырывается наружу.
— Были родственники, которые могли бы приютить Драго и Тару, но я не могла позволить им остаться в Сербии. Это была кровная месть, и я не хотела рисковать, чтобы убийцы пришли за ними. Я подделала их паспорта, будто они принадлежали мне, и мы приехали сюда.
Я пристально смотрю на нее. Переехать в чужую страну в одиночку с двумя детьми, которые даже не принадлежали ей? Я не знаю никого, кто мог бы пойти на такое.
