— Все, ты больше не обижаешься? — меня вместе с котом обнимают мускулистые руки, и я думаю, что втроем на календаре мы бы смотрелись вполне достойно.
— Ты меня чуть не утопил. Я очень испугалась.
— Стой, разве ты... — Артем морщит лоб, а затем нахмуривается. — Ты правда не умеешь плавать?
— Нет, — мотаю головой.
— Хочешь, научу? Давай поплаваем, Аля, такой душный вечер. Я и так собирался, но как раз нашелся твой кот.
Смотрю в глаза, которые пронзают меня как лазер. И понимаю, что Артем имеет в виду совсем другое.
Он хочет не плавать. Но я благодарна, что он настолько тактичен.
Главное, я чувствую, что он ничего не сделает без моего согласия. А у меня внутри все дрожит от предвкушения.
Мне понравилось целоваться с Артемом. Это совсем новые, незнакомые ощущения, будто в другое измерение проваливаешься. И я бессовестно солгу сама себе, если не признаюсь, что жду, когда он меня снова поцелует.
* * *Купальник нахожу в сумке. Я не помнила, выкладывала его или нет, поэтому загадала: если он там, я иду с Артемом плавать.
Если нет, закрываюсь в комнате с котенком и ложусь спать. Ну подумаешь, что на улице еще светло.
Но видимо я вчера была так расстроена пропажей Марселя, что про купальник совсем забыла.
Быстро переодеваюсь и заплетаю волосы в косу. Закрепляю ее на затылке и иду к Артему. Тот уже плавает в бассейне у бортика — Марсель бегает рядом.
— Он решил, что я тону, и пытается меня вытащить, — кричит мне Артем, и я за смехом прячу смущение. Он окидывает меня таким жадным взглядом, что я даже теряюсь.
Вода приятно холодит, сегодня вечер в самом деле слишком душный. Сначала чувствую себя скованно, но Артем показывает, как надо держаться на воде, и я пробую, держась за его руку.
Сначала все выглядит достаточно непринужденно, мы оба шутим и смеемся. Котенок спит на полотенце, свернувшись клубком.
Но по мере того, как сгущаются сумерки, между нами появляется напряжение. Как будто воздух тяжелеет и накаляется.
Взгляды, которые бросает на меня Артем, тоже тяжелеют. Он больше не улыбается, в его движениях чувствуется рвущийся наружу огонь.
Сейчас он напоминает действующий вулкан — еще немного, и горячая лава хлынет потоком, сжигая все на своем пути. И меня тоже. Осталось совсем немного, чтобы сработал пусковой механизм.
И он срабатывает.
Я поворачиваюсь к Артему, но не успеваю ничего сказать. Он рывком притягивает меня к себе за плечи и впивается в рот, а я издаю глухой стон.
Это что-то феерическое. Так меня еще никто никогда не целовал.
