И как такое бабушке рассказывать?
А еще я его обманула, сказала, что мне двадцать один год. Сама не знаю, зачем, но он уже такой взрослый парень, ему двадцать семь. Потому я и побоялась признаться, что мне восемнадцать. Вдруг ему неинтересно с малолетками?
Артем, кстати, поверил. По крайней мере, ничего не сказал. А я очень старалась казаться серьезной взрослой девушкой.
Думала, что не смогу уснуть, а сама только до подушки успела добраться. И спала почти до одиннадцати. Я бы и дольше спала, но бабушка собиралась в гости к подруге и меня разбудила.
Чувствую себя невыспавшейся и разбитой. Ничего делать не хочется, но нужно заниматься, поэтому заставляю себя сесть за учебники.
Так я еще не готовилась. По несколько раз перечитываю одно и то же предложение, не понимая смысла. И буквы все знакомые, и слова, а толку нет. Хоть буквы, хоть иероглифы, хоть древние письмена — для меня сейчас это все одно и то же.
Пиликает телефон, открываю мессенджер. И сердце начинает колотиться в висках.
Это Артем.
Открываю сообщение, и от радости слезы брызгают на экран. Там Марсель. Сидит на руках у Артема, я по майке узнала. А на втором фото котенок лакает сливки.
Артем тут же перезванивает.
— Я нашел его, Аля. Он в тележке спал.
— Я сейчас приеду, — бормочу в трубку, — только не выпускай его, пожалуйста!
Сама роюсь в поисковике. Деньги на такси мне давала Янка. Самой дорого, у нас с бабушкой сейчас неважно с финансами.
Если доехать до соседнего поселка на маршрутке, потом перейти дорогу, то через посадку можно выйти к дому Янкиного дяди.
Пишу бабушке сообщение, что Марсель нашелся и что я еду за ним. Кое-как причесываюсь, хватаю сумку и бегу на остановку.
Еду долго, с двумя пересадками. Конечно, на такси вдвое если не втрое быстрее. Бегу через посадку, поначалу сворачиваю не туда. Но сквозь деревья видны крыши домов, так что заблудиться здесь сложно.
Подбегаю к дому хозяев Артема и стучу в ворота. Я запыхалась, дыхание сбилось. Волосы растрепались, и я приглаживаю их ладонью.
Калитка распахивается, и когда я вижу Артема, не могу сдержать эмоций. Бросаюсь ему на шею.
Он как будто того и ждал. Хватает меня в охапку, затягивает внутрь и с силой сжимает тиски. Все, теперь не вырваться. Я даже не пытаюсь.
Его дыхание тоже прерывистое, как у меня, а еще горячее. Обжигающее, как поцелуй, которым он впивается в мои губы.
Я отвечаю. Обвиваю загорелую шею и плавлюсь от того, какая она у него теплая и пахнущая.
