— Я хотел видеть своих детей! Имею право! А эта старая карга не пустила меня домой, а ты… а ты… дрянь…
Его носило из стороны в сторону, словно на эмоциональных качелях. Бросало от оскорблений — к мольбе — и обратно. Было ясно: все это — от беспомощности. От невозможности повлиять на ситуацию. От того, что больше вообще ничего не решал.
— Вероятно, потому, что это не твой дом, — сухо отчеканила я. — Что же касается детей — с ними ты теперь будешь видеться только по решению суда. А теперь — уходи.
Он дёрнулся было ко мне — Бог знает, с какими намерениями — но Рома, терпеливо наблюдавший за нашим диалогом, успел его перехватить. Оттащив подальше, буквально закинул Сашу в кусты, а потом взял меня под руку и скомандовал:
— Пошли. Договорим дома.
Глава 29
— Это правда?
Этот вопрос вырвался наружу, едва за нами с Ромой сомкнулись дверцы лифта. Не следовало, наверно, вообще ничего говорить, но я отчего-то не выдержала.
— Правда что? — уточнил он, поворачиваясь ко мне всем корпусом и оказываясь близко… слишком близко.
Фактически моя грудь касалась его груди, а его чёлка — моего лба… И это при том, что в лифте было вполне просторно, но в этот момент казалось, что кабина схлопнулась до размера спичечного коробка и что нет иного способа дышать, кроме как в унисон друг другу.
Хотелось отодвинуться. Хотелось оказаться ещё ближе. Хотелось миллиона других полярных вещей, словно мне снова было двадцать с небольшим лет и я — наивная студентка, а не мама двоих детей…
— Насть, — выдохнул он хрипло.
— А? — только и сумела сказать в ответ.
— Какую правду ты хочешь?
Я уже почти успела забыть о том, что спрашивала совсем недавно. Всё показалось вдруг неважным, кроме этого момента, где Рома был так близко, что ни о чем другом думать уже просто не выходило…
Я открыла было рот, чтобы что-то ответить, но в этот момент кабина наконец затормозила. Впрочем, я едва успела это понять, потому что губы Романа внезапно накрыли мои, словно этого жеста — чуть приоткрытого рта — ему хватило, чтобы наконец отбросить в сторону всю сдержанность и все приличные намерения.
Целуясь, мы вывалились из лифта на площадку. Я врезалась спиной в металлическую дверь, но едва ощутила боль. Зато Романа это, похоже, отрезвило…
— Открывай, — прохрипел коротко, отрываясь от меня и отходя на пару шагов в сторону, словно боялся снова оказаться рядом.
