Нет, ну эти лягушатники совсем страх потеряли! Если бы не определённые обстоятельства, то я бы сейчас ехал в Париж, чтобы разделаться с этим кланом и в свою очередь отобрать всё, что у них есть ценного. Всё же МОИ люди пострадали! Вира должна быть уплачена кровью, деньгами и прочим ценным имуществом.
К счастью, мои «Аисты» при поддержке моей гвардии смогли отбить нападение и даже не заиметь убитых. Но Генрих и Алексей пришли к единому выводу, что этот клан, понеся значительные потери, обязательно вернётся и отомстит.
Их же какие-то наёмники ниже плинтуса опустили, это удар по репутации! Поэтому начали планировать акцию возмездия.
Тут-то и полезли уши Василия и Ивана. Они, разумеется, смогли выбить себе место в карательном отряде. И хотя планировалось лишь доставить существенные неприятности знатному клану, дабы потянуть время и подождать моего возвращения в столицу, эти черти взяли с собой солидный запас взрывчатки и гранатомёты. Более того — надоумили некоторых бойцов поддержать их.
Знатный клан, что записался нам во враги, занял Эйфелевою башню якобы для того, чтобы защитить культурное наследие французов. На деле же они таким макаром смогли занять важную стратегическую точку. И никто не рисковал их оттуда выпнуть — лягушатники не хотели повредить башню даже случайно. Вот и «Аисты» хотели действовать аккуратно, попугать врагов.
Но Витя и Ваня не проявили должного уважения к памятнику культуры. И вместе с другими бойцами жахнули по башне.
Стоит признать, что знатный клан не только потерял значительные силы в этом сражении, но и был вынужден покинуть значимую стратегическую точку. Так что вроде и молодцы, добились значительного успеха. Но вот башня…
Гена так и не показал мне фотографии памятника культуры, хотя Алексей ему прислал их! Да и я сам как-то не настаивал. Страшно мне было, очень. Ничего, скоро сам всё увижу собственными глазами.
Решение ехать в Париж было принято почти сразу. Я собирался прорываться туда вместе с Геной на пару.
Но практически сразу все прочие поставили вопрос ребром — либо я беру остальных с собой, либо никто никуда не едет. Причём больше всего требовали ехать в Париж Романовы и мои невесты. Аргументы, что представителям императорской семьи в воюющем городе делать не хер, как и моим дорогим невестам. Но они же упёрлись рогом!
Однако я бы их дожал. Ещё и Пожарский был со мной солидарен, он ведь отвечал за безопасность Романовых.
