Прямо перед лицом Тани что-то мелькнуло. Леопольд Гроттер хотел, видно, отнять у нее мяч, но что-то остановило его, и теперь он мчался рядом с Таней, не отрывая от нее пытливого взгляда. О перцовом мяче он на время забыл, тем более что Змиулан уже улетел, и броска все равно бы не вышло.
– ОТЕЦ! ПАПА! – крикнула Таня.
Она не могла уже сдерживаться – такой непереносимой была боль. Леопольд Гроттер не мог, разумеется, ее слышать, но Тане казалось, что он вглядывается в ее губы, пытаясь читать по ним.
«Говори: майн либен Пуппер! Я обожать тебя! Я содрагаться от кошмарный желаний полететь в Магфорд! Ты сама не знаешь свой luck!»
– ПРОЧЬ! – воскликнула Таня, одновременно пытаясь резко заблокировать сознание, как она делала когда-то, когда Ягун пытался ее подзеркалить.
«Ну ты, Гроттерша, даешь! Прям турникетом мне извилины защемила!» – говорил обычно Ягун, принимаясь тереть лоб."
"Таня не знала, получилось у нее или нет, но боль отступила. Понимая, что это всего лишь кратковременная передышка, она повернула контрабас и помчалась точно на Цирцею, магический купол рядом с которой треснул после атаки Гоярына.
Теперь малютка Гроттер шла точно на таран, не собираясь отступать, и Цирцея это поняла. На ее лице отразился ужас. Она вскинула руку и хотела иглой уколоть фигурку в сердце, но внезапно услышала шипение. Игла расплавилась у нее в пальцах. С соседнего ряда на нее глянуло суровое бледное лицо. Взметнувшиеся волосы доцента Горгоновой превратились в змей.
– Не смей! – крикнула она.
– Прочь от меня, глюпый мегер! Я все равно добьюсь своего! Эта девушка будет принадлежать Пупперу or nobody! Никто не сможет сказать, что фрау Цирцея не справиться с заказ!
Колдунья-вуду скрючила пальцы.
Ее белые ухоженные руки превратились в желтые птичьи лапы с загнутыми когтями.
Медузия вскинула кольцо, боясь, что опоздает. Она знала, что никакая искра не сможет остановить колдунью-вуду, у которой в руках фигурка. Даже если искра и долетит до цели, будет слишком поздно.
Однако помощь все же пришла, и пришла оттуда, откуда трудно было ее ожидать.
– Клоппик! Таньку заговорили, помоги ей! – крикнул Тарарах.
– Я белым не помогаю… – заупрямился малютка.
– Танька темная!
– А, ну да! Снова забыл! Лайперусснайперус! – крикнул Клоппик, выпуская красную искру. Искра эта, вопреки ожиданиям, никуда не полетела, а разрослась и принялась пульсировать, медленно затухая.
– Что это еще за снайперус? – с подозрением спросил Тарарах.
– Да так, новенькая одна штучка.
