– Какой ужас. Какой ужас!
Наступило молчание. Его нарушил Джозеф.
– Пола, ты не должна здесь находиться, – пробормотал он.
– Почему?
– Женская чувствительность, – пояснил Стивен.
– А! – Она презрительно дернула плечом. – Что мы будем делать?
– Очевидно, обратимся в полицию. И тянуть, думаю, не следует, – ответил Стивен и направился к двери.
– В сочельник, – простонал Джозеф, словно это еще больше усугубило его горе. – Ах, Пола, Пола!
Она резко повернулась к нему:
– Что? Считаешь, я как-то к этому причастна?
– О, милая, нет! Конечно, не причастна!
– Но кто это сделал? У тебя есть какие-нибудь предположения?
– Я ничего не могу сообразить, душа моя! Все это просто немыслимо.
Пытаюсь понять, осознать, что случилось…
– Дом! Кошмарный, зловещий дом! – Она затравленно огляделась по сторонам. – Я говорила вам, что здесь живет зло, а вы смеялись!
– Пола, ты слишком возбуждена, – пробормотал Джозеф, с беспокойством глядя на нее. – Дом не мог убить беднягу Ната!
– Но это его влияние! Он действовал на нас, заставил одного из нас…
– Тише, Пола, тише.
Все это глупости. Давай, дитя мое, пойдем отсюда. Тебе здесь не место. – Он обнял ее за плечи и почувствовал, как она дрожит.
– Нет, это не один из нас, – прошептала Пола. – Такого не может быть. Кто-то залез в окно, наверное, грабитель. Дверь была заперта!
– Это Форд тебе сказал?
– Я пыталась зайти к нему, когда спускалась вниз. Он не ответил на мой стук.
– Почему же ты нас не предупредила?
– Я не подумала ничего плохого.
Решила, что он просто обиделся. Мы поссорились. Ты ведь его знаешь! Кстати, я тебе говорила, когда ты попросил меня за ним сходить.
– Слишком поздно! – трагически воскликнул Джозеф.
– Раньше тоже было поздно. Похоже, когда я к нему стучалась, он уже был мертв.
Джозеф поморщился:
– Пола, что такое ты говоришь?
Она ответила жестким тоном, точь-в-точь как Стивен:
– Не вижу смысла в глупых сантиментах. Я веду себя честно.
Он мне никогда не нравился. Мне плевать на его смерть. Он был тираном и скупердяем.
Это окончательно шокировало Джозефа. Он выглядел уязвленным и в то же время встревоженным.
– Мы не должны устраивать истерики. Ты так не думаешь, Пола. Нет-нет, твой старый дядюшка хорошо тебя знает!
Она пожала плечами:
– Ненавижу, когда меня идеализируют.
Он взял ее за руку и осторожно погладил:
– Спокойнее, Пола, спокойнее. Нельзя терять голову.
