В то же время тёмно-синее платье очень шло ей, и выглядела девушка мило. Ещё она заметно смущалась. Я искренне улыбнулась Миссе, стараясь поддержать.
Возле ворот Академии нас ждал экипаж. Наверное, заранее заказанный Харном, так как стоял чуть в стороне от других, и мой опекун уверенно подвёл нас именно к нему. Пока добирались до города, составили план действий. Было решено покататься по улицам, затем посетить несколько лавок, где девушкам нужно было купить кое-какие мелочи, ну а потом посидеть где-нибудь.
В основном разговор вели Харн с сиреной.
Он поддерживал светскую беседу, интересуясь впечатлениями Миллисент о Светлой империи и расспрашивая о местах, откуда она родом. Я тут же напряглась, опасаясь, что вот сейчас сирена заговорит о своём приглашении на каникулы, но пронесло. Она с энтузиазмом рассказывала о своей родине. Говорила, что климат у них мягче и с каким нетерпением хочет увидеть снежную зиму.
Харн вёл себя сдержанно, не старался всеми силами очаровать спутницу. Был в меру любезен, но в то же время мягко улыбался при взгляде на сирену.
Может, она ему просто нравится и я зря встревожилась? Не похоже, что он находится под влиянием каких-то чар, да и непонятное воздействие на меня в библиотеке Гая расценила как неопасное.
Не знаю, следил ли кто за нами, но никаких сопровождающих я не заметила. Казалось, никому нет до нас дела и мы одни из многих горожан, гуляющих по городу. Покатавшись по центральным улицам, мы оставили экипаж и прошлись по лавкам, а потом зашли в кондитерскую. Харн подшучивал надо мной, рассказывая девушкам, какая я сладкоежка.
Я не смущалась, так как не видела в этом ничего зазорного. Даже купила пирожные навынос, собираясь привезти гостинцы брейдам. Только мои действия расценили не так.
– Лоран, право, не стоило! – воскликнула сирена, смотря на коробку в моих руках. – Это так мило с вашей стороны!
Я выругалась про себя, но была вынуждена отдать ей пирожные. Харн, видимо, веселился про себя, глядя на эту картину, и с трудом прятал усмешку. Уж он-то знал, что сладости я покупала себе, а не сирене, и потешался над тем, с какой неохотой я расставалась с пирожными.
За всю нашу прогулку это была единственная неприятность. Да ещё, когда мы шли по улицам, Харн предложил руку сирене и бросил красноречивый взгляд на меня. Лишь после этого я спохватилась и предложила свою руку Миссе. Та положила ладонь на сгиб моего локтя, но смущёнными выглядели мы обе.
Надо же, я с опаской ехала в город, но прогулка доставила удовольствие.
