Иначе зачем бы он подлавливал меня? Уж не поблагодарить, это точно! Вот только уязвлённая гордость и самолюбие не позволили спасаться бегством. Ещё сильно сомневалась, что мне бы удалось ускользнуть. Я решила подороже продать свою жизнь и стала в боевую стойку, призвав кинжал, не желая безропотно сносить от тёмного удары.
– Так-так-так… интересные у тебя игрушки. – Он обратил внимание на появившийся в моих руках кинжал. – Как вижу, его ты тоже пробудила… – задумчиво произнёс жрец.
«Почему – тоже?!» – не поняла я, напряжённо смотря на тёмного и ожидая в любой момент какой-нибудь каверзы.
– Спрячь оружие, я не дерусь с женщинами, – последовал властный приказ.
«О да, вы их швыряете, а ещё насилуете», – мрачно прокомментировала его слова, голову ломая, откуда он узнал про мой пол. При мысли, что это посланец Корнелиуса, я лишь крепче сжала кинжал.
– Тьма делится со мной своими тайнами, и твой запах для меня не секрет. Сразу не разобрал, почему парень пахнет женщиной. И мне нет надобности принуждать, слишком много желающих попасть в мою постель.
«Он читает мысли?!» – ахнула я, тут же выставляя щиты.
– У тебя лицо слишком выразительное, – с насмешкой произнёс жрец.
Выразительное или нет, но щиты я оставила, как и кинжал. Понять не могла, что ему от меня нужно.
– Ответь на несколько вопросов, и я прощу твою шалость.
«Каким образом?» – так и хотелось ехидно поинтересоваться мне, но я ограничилась лишь тем, что провела свободной рукой по своим губам, напоминая, что нема.
Жрец почему-то снял одну перчатку, оголив руку, и сделал шаг ко мне. Я тут же отступила, настороженно смотря на него.
– Мне лучше дотронуться, чтобы понять, в чём дело. Обещаю не нападать.
Подпускать его не хотелось, но не убегать же. Решение пришлось принимать мгновенно, так как тёмный не дал времени на раздумья, молниеносно сократив между нами расстояние. Его пальцы снова легли на моё горло. Лишь усилием воли удалось не дёрнуться.
На этот раз он не сжимал, а лишь касался шеи.
Я успела заметить, что кожа на руке гладкая, значит, жрец не стар. Меня нервировала его близость, и несмотря на тепло от его ладони, по позвоночнику прошёлся холодок. Непроглядная тьма под капюшоном вызывала мысли о разных ужасах.
– Так лучше? – спросили у меня, и тьма превратилась в зеркальную маску, в которой я увидела свой напряжённый взгляд.
Я проигнорировала вопрос, но собственное отражение помогло взять себя в руки и не выглядеть перепуганной.
