Несмотря на это, меня затянули в корсет, отчего теперь уже было трудно не заметить грудь, которую я так тщательно скрывала.
Увидев изумрудного цвета платье, я потеряла дар речи. Оно было изумительное! Вышивка, дорогие кружева, небольшой шлейф. Никогда ещё не видела такой красоты. Пена кружев охватывала мои оголённые плечи и грудь, подчёркивая белизну кожи. Я забеспокоилась насчёт низкого выреза, но меня уверили, что всё в пределах приличий и по современной моде это ещё достаточно скромно.
– Тебя сегодня никто не узнает! – заверила Пегги, и мне принесли парик с тщательно уложенными белокурыми локонами.
Когда его надели, хозяйка критическим взглядом осмотрела меня и заявила, что я просто создана быть блондинкой. Эх, знала бы она. Голову венчала кокетливая шляпка с вуалью, и никто бы не усомнился, что локоны, которые выглядывали из-под неё, не мои родные. Браслет Харна спрятали под длинными перчатками до плеч. Гаю же я попросила ещё в начале примерки не показываться, чтобы не привлекать внимания.
Но этими изменениями Пегги не ограничилась. Принесли косметику. Я вначале напряглась, опасаясь, что это будет смотреться вульгарно, но затем, открыв рот, наблюдала, как из-за нескольких штрихов ловко наложенного тона меняется моё лицо. Скулы обрели чёткость, визуально изменился овал лица, разрез глаз, а губы стали полнее всего лишь от нескольких капель нанесённого блеска.
Я не узнавала себя. Куда делся худощавый подросток?! Из зеркала на меня смотрела красивая, уверенная в себе девушка с тонкой талией, которую можно было обхватить пальцами, и полной грудью.
Осознав, что это я и есть, восхищённо улыбнулась.
– Хочу увидеть лицо твоего кавалера! – расчувствовавшись, произнесла Пегги, отступив и осматривая плоды своей работы. – Последний штрих…
Она отошла и вернулась с флаконом духов, окружив меня ароматным облаком.
Когда я вернулась к Кайлу, он как раз в нетерпении смотрел на часы и бросил на «незнакомку» взгляд вскользь, но тут же медленно повернул голову, и я увидела, как рыжий меняется в лице и его глаза изумлённо расширяются.
Он не знал, куда смотреть: лицо, волосы, от зоны декольте оторвался с трудом, смущённо взглянул на губы и опять на волосы. Кажется, даже забыл, что надо дышать, так как вскоре судорожно вдохнул и тяжело сглотнул, будто ком стоял в горле.
– Так и будете любоваться? – усмехнулась довольная Пегги.
