– Прости меня за то, чего я не делал!
Папа встаёт из-за стола, приближается ко мне.
Встаю с колен, смотрю в упор и наши взгляды перекрещиваются .
– Макар, ты спал с Юлей?
Копец! Он до сих пор не знает из-за чего вышел конфликт.
– У нас всё серьёзно! Мы подали заявление в ЗАГС.
Брови отца ползут на лоб.
– Мак, мозг включи. Какой к черту ЗАГС! Вы сводные!
– Папа!
– Убирайся из моего дома немедленно. Тебе здесь не рады!
Бросаю молящий взгляд на Юльку, но она неприступна. Смотрит мимо меня. Будто я пустое место.
– Юля, пожалуйста, расскажи ему, как было на самом деле. Поверь мне, я готов ради тебя на всё.
– Макар, если ты уедешь сейчас, то сделаешь всем одолжение, – говорит та, которую я боготворил.
Кожа покрывается мелкими мурашками. Обвожу взглядом близких мне людей.
Осознаю, что им фиолетово на меня и мои чувства. Они сейчас думают только о своей боли.
– Юля, ты для меня очень важна! Я уеду, но буду ждать тебя…
Меня провожает гнетущее молчание.
Жутко напрягает. Не выдерживаю эмоциональной драки.
Между нами моментально вырастает стена непонимания, недоверия, отчуждения.
Иду к себе, собираю вещи, звоню матери.
– Мам, я прилечу к тебе завтра. Пожалуйста, ни о чём не спрашивай!
* * *Спустя месяц
Юля
Спасает только учёба. Моё призвание – журналистика, и Максим Покровский обеспечил мне осуществление мечты.
Дом – учёба – интернет. Вот и все мои развлечения."
"Пасмурная осень с затяжными дождями, хмурое небо и беспросветная печаль за окном усугубляют моё отвратительное настроение.
Как Белла сижу у окна, ничего не хочу, считаю дни.
Кажется, радость покинула наша дом навсегда.
А ещё меня нещадно тошнит по утрам. Уже неделю!
Кружится голова… и грудь увеличилась!
Покупаю тест. Молюсь всем богам, закатив глаза, чтобы пронесло. Убеждаю себя в том, что симптомы – всего лишь совпадение.
Смотрю на тест…
… и слёзы катятся градом, падая на две нежданные полоски.
Глава 9
Юлия
Сегодня забрали маму из больницы, где она пролежала три недели с переломом ноги. Отчим выделил ей отдельную комнату, чтобы никто не беспокоил.
Её физическое состояние в норме, но эмоционально она в полном раздрае. Не хочет видеть чужих людей.
Сама беру поднос с едой, поднимаюсь на второй этаж, захожу в уютную маленькую комнатку.
– Доброе утро! – улыбаюсь, бросая на кровать быстрый взгляд.
– Доброе, – голос грустный, почти безразличный, не окрашен ни одной эмоцией. Как же это на нее не похоже.
Мама лежит поверх застеленной постели в домашнем спортивном костюме.
