На этот раз — в соседнюю империю, на самый юг, в леса, где рос болицвет — по слухам, местные лечили им воспаления. Амели собиралась его исследовать и привезти сюда. — Лайтвуд замолчал, глядя на змею, которая вилась вокруг его руки и шипела — как будто даже успокаивающе. — Южные леса — опасное место. Амели это знала. И я это знал.
Я сглотнула.
— И, несмотря на это, отпустил ее?
— Я был ее мужем, а не тюремщиком.
То есть, его женушка сунулась в южные леса, а одна из змей, там обитавших, решила, что чужакам здесь не место.
Естественный отбор, ничего не поделаешь.
И все-таки — разве светлые так себя ведут? Насколько я знала, их женщины и шагу не могут одни ступить без позволения и сопровождения мужа или родителей. За крайне редким исключением, которое само по себе считалось вопиющим.
Повисшую тишину разрезал звучащий издалека истеричный крик Готфрида и радостное ржание Лихорадки.
— Как бы то ни было, — вдруг заявил Лайтвуд, — ваш подарок пришелся весьма кстати и лучше всего напомнил мне, что прошлое стоит отпустить.
Я воспринял это как знак судьбы и благословение Триединого.
— Нет! — я похолодела.
— Боюсь, что да, — ухмыльнулся он, кончиком пальцев, поглаживая змею по голове.
Секунду назад у меня внутри в ответ на его рассказ шевельнулось что-то, чему я не могла подобрать название. Сейчас на смену этому пришло возмущение.
— Это не благословение. И я не буду вашей женой, сколько раз говорить?
Не дожидаясь ответа, я рванула прочь от Лайтвуда в ту сторону, откуда доносился треск кустов и фырканье Лихорадки.
— Но вы носите мое кольцо.
— Потому что не могу его снять.
— И не сможете, пока я сам этого не сделаю.
Еще посмотрим.
Споткнувшись, я ругнулась и топнула ногой от злости.
— Лихорадка, мы идем домой! — объявила я, увидев впереди силуэт лошади.
Она обернулась и возмущенно заржала.
У ног ее валялся Готфрид, смотрел на нее с ужасом и явно пытался отползти подальше.
— С-с-спа… с-с-спа… — захрипел он, уставившись на меня.
Лихорадка фыркнула, мотнув в его сторону мордой.
Только, мол, разыгралась.
— Домой, — непреклонно заявила я. — Он от тебя никуда не денется.
Лихорадка наклонила голову, в позе появилось упрямство.
— Он здесь часто бывает, — продолжила уговаривать я. — Легко сможешь найти. Растянуть охоту — намного интереснее, чем просто его съесть.
Готфрид захрипел.
Лихорадка всхрапнула и после небольшой паузы потрусила ко мне, махнув в сторону Готфрида хвостом.
— С-с-спа… с-с-спа…
Я отмахнулась.
