— Ты хочешь, чтобы твой отец женился? — уточнила я тоном Проклятого, принявшего образ змея, чтобы предложить людям запретные яблоки.
— Я… — Она замерла и опустила глаза. — Брак отца — это не мое дело.
Голос ее был спокойным и чистым, как ручеек.
Лили выглядела праведнее невесты Триединого и явно не собиралась осуждать отца за его выбор.
А стоило бы. Что ж, у меня еще остались в рукаве козыри."
"— Разумеется, твое, — доверительно зашептала я, подавшись ближе к Лили. — Но мы с тобой почти ровесницы, я старше всего-то на три года.
Она вздрогнула, опустив в суп ложку, которую только-только взяла в руки.
Совесть внутри шевельнулась, но я усилием воли снова ее усыпила.
Потом поест.
А посеять семя раздора за ужином — священная обязанность любого гостя. Это каждый темный знает.
— Это не имеет значения, если отец будет счастлив, — спокойно ответила Лили, не поднимая взгляда
Достойно держится.
Я посмотрела на Бенджамина, который упоенно размазывал еду по тарелке и косился на дверь — наверняка ждал, пока принесут сладости и вел себя тихо, чтобы строгая Лили не заставила есть невкусный суп.
— А как же Бенджамин? — тихо спросила я у нее, мысленно попросив у Бенджамина прощения за то, что срываю его маленький хитрый план.
Со щек Лили сошла вся краска, она наконец посмотрела мне в лицо, пристально и внимательно.
— Что вы имеете в виду?
— Я стану его мачехой, — угрожающим шепотом произнесла я.
Лили сглотнула и посмотрела на брата. Сурово нахмурилась.
— Бенни, пока ты не съешь суп — десерт не подадут.
Какая изысканная жестокость! А еще светлая.
— Ну Ли-и-или! — сморщился он. — Я не хочу суп! Это невкусно!
— Это полезно!
Подмигнув Бенджамину, я положила руку на ладонь Лили. Наклонилась к ней ближе.
И принялась врать.
— Послушай. Я не хочу, чтобы из-за меня в вашей семье возникли ссоры или недопонимания, — проговорила я. — Если ты против нашего брака с твоим отцом — я это пойму. Ты должна поговорить с ним.
— Я…
Лили выглядела растерянной, как будто до этого ей такая мысль и в голову не приходила.
Светлая! У них пунктик на самоотверженности и на том, что благо других — превыше всего. Полный бред, на мой взгляд. Для темных, к примеру, собственная выгода — на первом месте. И это более логичный подход. Поди там разберись, что для другого благо, а что — нет. С самим собой как-то проще. И то не всегда выходит угадать.
— Это ради Бенджамина, — проникновенно сказала я, приложив ладонь к груди. — Ты не должна держать это в себе, пойми. Будет только хуже.
