И держать спину как можно прямее.
Стоило мне шагнуть за порог и оглядеть освещенный теплым светом кристалла коридор, как Лайтвуд вышел вслед за мной и захлопнул дверь в комнату Сэмюэля.
Я сглотнула и зашагала к лестнице.
— Нет, Медея, нам наверх, — мирно сказал Лайтвуд мне в спину. — Там мой кабинет.
Я замерла.
— Я не пойду туда!
— Лучше сразу в спальню? — невозмутимо поинтересовался Лайтвуд, и я почувствовала затылком его дыхание.
Проклятый побери! Как он умудрился подобраться так близко?!
— Нет!
— Тогда в кабинет, — спокойно ответил Лайтвуд.
— Направо, пожалуйста.
С-с-светлый!
Как он всегда умудряется сделать так, что я остаюсь в дураках?
Я обернулась и наткнулась на тяжелый взгляд исподлобья. Почему-то в этот момент я в самом деле испугалась Лайтвуда. Может, в первый раз в жизни.
Вспомнилось некстати, что светлые — достаточно сильные маги. Не все, разумеется, но многие. Они не пользуются боевыми заклинаниями, только защитными: разница принципиальна, хотя и трудноразличима — не так уж важно, боевое или защитное заклинание тебя поджарит.
Светлые не могут проклясть, зато могут благословить так, что некоторые проклятья милосерднее. В целом, борьба светлых и темных длилась уже много тысячелетий, а это само по себе о многом говорит: как минимум, у светлых хватало сил на то, чтобы не исчезнуть под натиском темных. Такой у нас принцип: если можешь кого-то уничтожить — сделай это. Или ты — или тебя.
Лет пятьсот назад император, который тогда сидел на троне, забыла имя, но у него, кажется, были проблемы с коленом, зазвал к себе Верховного темных и Верховного светлых.
И они на троих за несколько дней сообразили мирный договор. Территорию империи поделили поровну между светлыми и темными, а император, который выбирался не по праву крови, а по праву магии, стал быть гарантом мира.
В целом, все шло довольно неплохо. Темные не мешали светлым (почти, мелкие пакости — не в счет), светлые — не путались под ногами у темных. Отношения у нас были как у добрых соседей, которых чем реже видишь — тем лучше.
А потом вдруг — АТаС.
И — Лайтвуд! Который решил совершить неслыханное: взять в жены темную.
Зачем?..
Может, это какой-то хитрый план? Что выигрывает Лайтвуд, беря в жены меня? И как дать ему это, избежав ярма счастливой семейной жизни?
— И о чем вы хотели поговорить, лорд Лайтвуд? — чинно спросила я, вслед за ним заходя в кабинет.
Книжные шкафы из белого дерева, рабочий стол, на котором в идеальном порядке были разложены бумаги, широкое арочное окно.
