Тот ад, через который Эмми пришлось пройти из-за него…
Я был зол на нее и одновременно разочарован, мне больше никогда не хотелось на нее смотреть, но как бы мне ни хотелось это признавать… кажется, я понимал ее состояние и что она думала, будто у нее нет другого выбора.
Единственной ее непростительной ошибкой было долгое молчание.
Она должна была прийти и разыскать нас. Как кто-то мог так жить?
Я не хотел больше заставлять ее страдать. Просто хотел, чтобы она навсегда ушла из моей жизни. Очевидно, я ошибался, и она не была одной из нас.
Я готов жить.
В дверь постучали, и я напрягся, услышав, как она открылась позади меня.
– Привет, – сказал Миша, и я услышал звук закрывающейся двери."
"Я глубоко вдохнул и выдохнул, его присутствие заставило меня почувствовать, что стены смыкаются. Мы всегда были близки, несмотря на разницу в возрасте, но мне не нравилось, что он впутался в это дело. Он никогда не любил драмы и ненавидел моих друзей.
И я был без него долгое время. Слишком долго.
Я повернулся и посмотрел на него, увидев, как кончик татуировки скользит по его ключице, а кольцо в губе блестит в тусклом свете.
Он немного потоптался на месте.
– Мне очень жаль, что мы так долго искали тебя, – сказал он.
Я скрестил руки на груди и направился обратно к столу, сложил записи, которые сделал во время звонков, и сунул бумагу в задний карман.
– Я не ждал помощи и не ожидал ее.
– Твои чертовы родители, – пробормотал он. – Они просто…
– Они не отправляли меня туда, – сказал я.
Мои родители никогда бы этого не сделали. Они были ужасно напуганы, пытаясь понять, что со мной делать, и довольно хорошо скрывали мое состояние от остальных членов семьи, но они бы ни за что в жизни не отказались от меня таким образом.
– Дедушка? – попробовал угадать Миша.
– Это не имеет значения.
Я не был готов говорить о Блэкчерче и о том, как оказался там, пока не убедился, что мой план сработает. Я еще не во всем разобрался и не хотел признаваться раньше времени.
Миша находился здесь вместе со всеми, потому что все изменилось, и пройдет некоторое время, прежде чем мы вернемся к нормальной жизни.
Если вообще вернемся.
Он слегка усмехнулся.
– Насколько я помню, ты советовал не делать татуировки на видных местах, если носишь костюм? – поддразнил он.
Я заметил его взгляд на своих руках и темных чернилах, которых значительно прибавилось за последний год, пока меня не было.
Я следовал своему совету, но, черт возьми, мне там было скучно.
