Все случится в нужное время. Сейчас вам надо заниматься тем, к чему лежит сердце. И не беспокоиться о будущем. О нем буду беспокоиться я, как самый старший в роду.
Морозов впервые открыто заговорил о нашем родстве. Сделалось немного неловко.
Однако все исправил Фома, который ожидал меня у машины. Рядом с ним топтался мужичок с крысой. На этот раз я взглянул на него иначе. Видимо, это и есть представитель той самой нечисти, о которой говорил бывший начальник кустодиев.
— Стало быть, хорошо живется… — услышал я фразу, брошенную мужичком.
— Не голодаю, — усмехнулся Питерский и лукаво взглянул на карман собеседника. — Но твоя крыска все же считает, что я ее слопаю.
— Что с нее взять, — вздохнул мужичок и подпрыгнул на месте, прошипел, — а ну, не кусайся! А то не стану тебя потчевать семечками.
— Их обязательно надо отведать, — возразил Фома. — Мы уедем и крыска успокоится. А потом, быть может, однажды и поймет, что я своих не ем. Мне моя невеста готовит всяческие вкусности. И мышей с крысами она не печет.
Это точно.
— Невеста? — улыбнулся Морозов. — Неужели, ты все же решился ту красавицу попросить выйти за тебя замуж?
— Ну, пока не попросил, — смутился парень и пригладил выскользнувшие из-под волос кошачьи уши. — Однако теперь она знает, кто я, и потому за предложением дело не станет.
— Хорошо, если так, — одобрил старик. — Не надо тянуть с тем, чтобы жить счастливо. А свадьбу мы вам справим, какую твоя Иришка пожелает.
— Я сам хочу заработать… — возразил парень.
— Вы же теперь часть семьи, а значит, наша забота — обеспечить вас всем необходимым, — настойчиво продолжил Александр Васильевич.
— Тем более, у тебя теперь и должность будет соответствующая. Понадобится отчество справить.
Фома побледнел и бросил на меня настороженный взгляд.
— Не забивай себе этим голову, — попытался я успокоить парня.
— Голову забивать дурная примета, — подал голос Тимоша, который до того тихонько втолковывал что-то своей питомице. — Мне вот работа помогает мысли всяким глупостями не занимать.
Ох, и заболтали вы меня… господа хорошие.
Мужичок осуждающе посмотрел на Фому, а потом широко ему улыбнулся.
— Всяческого добра тебе, хороший человек, — он сделал ударение на последнем слове, а потом снял с головы кепку и низко поклонился. А затем словно подернулся дымкой и спустя несколько мгновений истаял в воздухе.
— Делами пошел заниматься, — спокойно пояснил мне Морозов.
— А как…- начал было я, но потом покачал головой.
— Вам пора по делам.
