У нее были длинные красные ногти, как у хищницы.
Ксения шагнула в кабинет первой, преображаясь на глазах. Лучезарно улыбнулась.
— Здравствуйте, Геннадий Александрович! — голос тоже изменился, стелился мягким покрывалом. — Вызывали?
Я робко вошла следом.
Обстановка была скромная и стильная, в серо-голубых тонах. Светло-серый ковер, стеллажи еще на тон светлее, голубоватые стены. С потолка шпарил яркий свет дневных ламп. Я скользнула взглядом по стеллажам: несколько альбомов в шикарном оформлении. Белая вазочка, статуэтки, рамки с сертификатами, грамотами и наградами, несколько фото, но при этом ничего, что указывало бы на его деятельность.
Я из интернета знала, что он управляет холдингом из десятка компаний, но основной доход делает на производстве дорогого алкоголя. Внимание привлекли фото: на одном, наверное, семья, миловидная блондинка без возраста, двое детей. На другом снимке мужская компания: партнеры или друзья. Какие-то награждения, встречи, на одном из фото Геннадий Александрович перерезал ленточку.
Гендиректор не поздоровался. Она стояла перед ним вытянувшись в струнку, как солдат в строю.
— Ксения… Евгеньевна, ваш отдел остался без руководителя в самое сложное время. Заместитель первый день, впереди выставка, много работы. Мне нужен опытный работник. Вы готовы принять на себя обязанности директора?
— Геннадий Александрович, сделаю все возможное.
— Елена.
Я вопросительно приподняла брови. Сердце ломилось в ребра. В нем не было снисходительности, с которой он встретил меня на собеседовании, и я оробела еще больше.
Уволят?
— Михаил за вас очень просил. Когда выйдет с больничного, приступите к вашему проекту, пока выполняйте распоряжения нового директора.
Я начала дышать, когда мы вышли из кабинета. Ксения вошла в лифт, и сбросила сдержанность.
— Да! — она исполнила короткий танец, празднуя победу. — Будет Мишеньке сюрприз!
— Я думала, меня уволят, — выдохнула я.
Мы вышли из лифта.
— Ты ему нравишься. Он год не мог запомнить мое имя… Ладно, пора за работу, — она вошла за стеклянную дверь к остальным сотрудникам отдела и проорала.
— А кто у нас новый директор, слышали?!
С завистью поглядев, как Ксения хохочет с коллегами, я вернулась к себе. Хорошо, что это «к себе» вообще есть. Все обошлось, но стало грустно. Ксения вряд ли захочет со мной возиться. Она погрузилась в водоворот текущих дел и проектов, ей не до меня — она мечтала показать себя на новой должности.
