"
"Какие к черту отношения? Зачем он это вывалил? По его взгляду, когда Олеся пошла в отказ, я уже понял - позже он мне все как следует выскажет. Теперь стало понятным, зачем он все звонил и намекал, чтобы я поработал над отношениями с напарницей и чтобы та была покладистой и послушной на приеме.
Меня бесит эта его черта - использовать в своих целях всех подряд.
Даже меня!
Но когда Селезнева вдруг заявила, что у нее есть жених, тут я окончательно выпал в осадок. Особенно учитывая, что до этого она мне про свадьбу выкатила.
А потом сбежала.
Наверное, это идиотизм, но я как дурак бегу за ней. Плевать, что там завтра будет говорить этот бомонд. Чувствую, что если упущу сейчас мышь, потом подступиться к ней будет сложно.
Вот только Селезнева оказывается еще и хитрой - не бежит к главному входу, где ее сто процентов тормознет охрана. И все же я почти успеваю.
Почти - потому что эта идиотка буквально по грани проходит. В последний момент дергаю назад из-под колес.
- Ты что творишь, дура?! - ору на нее.
Девчонку трясет. Смотрит на меня огромными глазищами и только рот раскрывает, беззвучно что-то шепчет. Дышит равно, будто воздуха не хватает. - Сдохнуть решила?!
- Я… Я… она…
Вот вроде бы я на нее злюсь - ну, дура же, а все равно, так она сейчас выглядит, что я вместо того, чтобы по зданице отходить за то, что по сторонам не смотрит, беру за плечи и к себе прижимаю. Чувствую, как Олесю трясет. Причем все сильнее. Еще бы, откат после такого жесткий будет.
Взгляд падает на ее приоткрытые губы, а дальше…
Магия, не иначе.
Потому что осознаю, что мы целуемся, когда сопротивление моей жертвы уже окончательно исчезает. Хотя, возможно, дело в том, что у нее шок.
Ее губы такие мягкие, что я начинаю терять контроль и прихожу в себя только, когда мы оказываемся у стены, а я уже вовсю задираю платье у этой серой мышки.
Голова дергается от ее пощечины. Удар у нее точно поставлен.
- Ты что творишь? - шипит разъяренной кошкой. Дышит тяжело, а я почему-то залипаю на вырезе ее платья.
- Совсем обалдел?
Куда только подевались растерянность и страх в ее глазах?
Потираю щеку ладонью, но второй рукой продолжаю удерживать нахалку.
- Заслужил, - соглашаюсь. Даже платье обратно поправляю. - Прости, ты слишком хороша, - довольно ухмыляюсь, включая обаяние на полную. Обычно это отлично срабатывает.
Но почему-то Селезнева не смягчается. Даже напротив. Демонстративно вытирает губы тыльной стороной ладони, кривится.
