- Олесь, он поспорил.
В груди что-то глухо ухает. Мне кажется, я ослышалась. Может, это галлюцинации?
- Что?
- Карельский поспорил. Поэтому и трется вокруг тебя. Дело не в проекте.
- Не может быть…
Я правда не верю. Ну, не может же мне так повезти опять. Это же… Ну, кем надо быть, чтобы дважды попадать в одну и ту же ловушку. Да, я не влюблена в Карельского, и он мне не нравится, но… Как же так?!
- Вот, если не веришь.
Андрей достаёт телефон и включает аудио запись. Сначала ничего не слышно, а потом узнаю голос Карельского:
- Давай по условиям лучше забьемся.
- Срок - два месяца, - второй голос подозрительно похож как раз на этого самого Вика… - Третье условие - не только переспать с доказательствами, но и на вечеринке она должна при всех признаться в любви.
- Ну, и? - лось этот говорит с такой самоуверенностью, что мне становится тошно.
- Селезнева. Новенькая. Со второго курса.
- Думаешь, она особенная? Все они одинаковые.
- Особенная или нет - узнаем. Да только хрен ты выиграешь.
Ни одно условия не выполнишь.
- Выиграю. И пересплю с этой Селезневой, и в любви она мне признается. Могу даже быстрее, зачем тянуть так долго? - Когда слышу свою фамилию да еще и в таком контексте, меня начинает трясти. И дело тут не в злости. Фантом прошлого словно вырастает у меня за спиной.
- Так ты забыл про еще условие. Пока идет спор, никаких левых баб…
Запись заканчивается, а я, кажется, даже дышу через раз. Просто пытаюсь осознать то, что узнала.
- Мне жаль, Олесь.
Они твари.
Я все молчу, пытаясь принять, что все повторилось.
- Спасибо, - выдавливаю, наконец. - Предупреждён, значит, вооружён.
- Именно. Так что я тут подумал… Они же тотализатор устроили. Ты можешь наказать их.
- Я? Как?
- Подыграй Карельскому. Пусть думает, что побеждает. А я сделаю ставку против него. Когда он проиграет, ты получишь большой куш.
- Мне не нужны их деньги! Это мерзко! Я же живой человек!
Вскакиваю на ноги, но Андрей удерживает меня не давая уйти.
- Конечно, ты права.
Они мрази, - утешающе говорит он. - Но если никто не щёлкнет их по носу, они так и будут устранить такое.
- Нет-нет-нет! Не хочу. Ты не понимаешь…
Меня уже колотит. Все мои страхи и вся боль, которые я так тщательно прятала, выползают наружу. В голове так и звенят слова про мышь.
- Олесь, хотя бы подумай об этом. Не ты, так другая будет. Разве они не заслужили, чтобы их наказали?
- Отпусти меня, пожалуйста, - настойчиво прошу. - Отпусти, Андрей.
