Я молчу. Про декана и так догадывалась. Теперь вот убедилась.
- До завтра, - подмигивает Карельский и делает шаг назад, убирая руки. А я, наконец, могу полноценно вдохнуть.
Дергаюсь вперёд. Рома отступает и даже не пытается меня задержать. Зато стоит мне выйти из ниши, как вижу Васю, а напротив неё - тот самый парень, с которым был Карельский перед КВН.
- Чтобы заинтересовал, тебе придётся накачать кое-что, - насмешливо выдает ему Молчанова.
- Поверь, детка, у меня все накачано, как надо.
- Сомневаюсь. Судя по всему под черепушкой у тебя всего пара извилин, их ещё прокачивать и прокачивать…
- Да ты… - этот нахал уже делает шаг к Василине, которая даже не дергается.
- Вик! - вмешивается Рома, который, оказывается, уже тоже здесь. Тот бросает злой взгляд на Васю, но все же отходит. - До завтра, - напоминает Карельский и уводит своего приятеля.
А я остаюсь с соседкой, которая выжидающе смотрит смотрит на меня.
17. Олеся
- И что это было? - спрашивает Вася.
- Что?
- Зажималась с этим кобелем?
- Нет, конечно! - возмущаюсь.
- Карельский из-за проекта переживает. Видать, неохота напрягаться.
- Он и переживает? Ты совсем, дура? Его отец один из постоянных спонсоров. Да даже если его сынуля ни одного экзамена не сдаст и вместо проекта чистый листок принесет, ему все нарисуют.
- Тогда зачем он меня достает?
- Вот и мне интересно…
Нехорошее ощущение дежа всю появляется. Ну, не может же это вот так второй раз?
- Олеся! - Когда к нам подходит Киреев, соседка уже почти в открытую смеется. - Ты уже уходишь?
- Ага.
Было здорово, спасибо. Но нам и правда пора.
Андрей удерживает меня да руку."
"- Погоди. Мне тебе кое-что рассказать надо.
- Да ты сегодня просто нарасхват, - ухмыляется Молчанова. - Ладно, я домой. У меня онлайн-урок скоро.
- Может, потом? - спрашиваю у парня. - Завтра, например.
- Это очень важное, Олесь.
Вася закатывает глаза и, помахав нам рукой, уходит. А я уже начинаю злиться. Почему всем что-то от меня надо?
- Что ещё?
Киреев зачем-то оглядывается по сторонам, и как специально из актового зала выходит большая компания.
Андрей, взяв меня за руку, ведёт к выходу.
- Лучше об этом говорить без лишних ушей, - бросает, пока спускаемся по лестнице. Вспоминаю, что именно он собирался узнать, и злость моя тает. Теперь вместо неё настороженность.
Только на улице, когда мы оказываемся достаточно далеко от ворот, а рядом никого нет, Андрей останавливается и садится на ближайшую лавочку.
- Ну, говори уже, - не выдерживаю его молчания.
