Потому что если все это окажется игрой… Наверное, я уже никогда не соберу себя обратно.
- Олеся… - шепчет Рома между поцелуями. - Девочка моя хорошая… Я тебя так ждал…"
"В этот момент я очень радуюсь отдельной палате. Потому что в прошлый раз вышло довольно неловко. Сейчас же мы оба поддаемся моменту. Пока Карельский не отстраняется, пытаясь держать лицо, но я понимаю, что ему больно.
Молча помогаю лечь поудобнее и уже сама беру за руку.
- Прости, что я слегка не в форме, - виновато произносит он.
- Ты поправишься обязательно, - уверенно отвечаю.
Мы сидим молча, но чувство такое, будто говорим. Не знаю, как это возможно, но мне становится очень спокойно и хорошо. Правда, нашу идиллию нарушает медсестра и, попрощавшись, я ухожу, пообещав прийти завтра. Взгляд Карельского в этот момент такой пронзительный, что я понимаю - и я, и он будем считать часы и минуты до новой встречи.
54. Рома
Тусоваться в больнице дело наискучнейшее. Единственное развлечение - визиты Олеси, ну, и друзья тоже заглядывают.
Сегодня вот Тохина очередь.
- Ну, выглядишь ты уже лучше, - констатирует он.
- Надеюсь, скоро выпишут, - вздыхаю, устав от безделья. Впервые во мне такой подъем, что каждый день здесь кажется едва не неделей.
- И куда вернешься? - я вопросительно смотрю на него. - От отца-то ты свалил. Жить где будешь? У друга автомеханика?
- Допустим.
- А Селезневу тоже туда будешь водить?
Этот вопрос, к сожалению, парит меня уже который день. Между нами за это время крепло не только влечение, но и желание быть вместе, рядом.
Проводить вместе дни. А я так и не только дни хочу!
Но все упиралось в то, что жилья у меня своего, увы, нет. Отец больше не давал о себе знать, но я уверен - ждет, когда я сдамся и приползу к нему. Парни и так нарушили его план проучить меня, когда впряглись в тему с лечением. До сих пор не знаю, как быстро смогу вернуть долг.
- Понятно, - протягивает Берсенев. - Так вот у меня есть решение. - И кладет ключи на тумбочку. - Пользуйся.
- Что это?
- Ключи.
- Я вижу. От чего?
- От квартиры моей. Я уезжаю сегодня. Возможно, надолго.
- Чего?! Куда?! - подрываюсь, напрочь забывая, что пока скакать мне еще противопоказано. Под ребрами ожидаемо ноет, но сейчас главное не это. - Куда это ты намылился?
- Дело есть, - уклончиво отвечает друг. - Если выгорит, расскажу.
- Нет, давай-ка сейчас.
- Ром, по-человечески прошу - помоги. Присмотри за квартирой.
- Уж больно вовремя у тебя это все случилось.
