Выгорел
Пока Денни отдыхал, а Кира обустраивалась, я поплелся наверх, чтобы подготовиться к вечеру. После душа и бритья, я выбрал красную футболку с длинными рукавами, нанес немного дезодоранта, который, как мне казалось, довольно неплохо пах, и поработал над прической.
Моя гитара все еще лежала в машине после вчерашнего концерта, так что я схватил кошелек и отправился вниз, чтобы дать Денни знать, что я ухожу. Спустившись, я заметил, что он был немного занят. Кира снова бодрствовала, и очевидно, проснулась она возбужденной.
Денни массировал ее задницу, пока она извивалась у него на коленях. Я не мог сказать, где была ее голова, но понял, что она целовала его шею или что-то типа того. Я усмехнулся, когда шел к вешалке в прихожей. Честное слово, жить с этими двумя будет все равно что жить с молодоженами.
Кира, должно быть, услышала мой смешок. Она выпрямилась на коленях Денни, будто я ударил ее электрошокером. Она покраснела от щек до груди, и ее глаза были так широко открыты, словно она была унижена.
Из-за поцелуев? Неужели она настолько стеснительна? Мысль о том, насколько сильно она отличалась от всех девушек, которых я знал, рассмешила меня еще сильнее.
— Прошу прощения, — усмехнулся я, хватая куртку. — Я смоюсь через минуту, если вы предпочтете подождать, — я сделал паузу, размышляя. — Да ладно, продолжайте. Мне это совершенно не мешает.
Я уже понял, что Кира совсем не из тех, для кого когда-либо будет нормально заниматься сексом прямо передо мной.
И я знал, что не должен смущать ее еще сильнее, но она была такой чертовски милой, что не дразнить ее было безумно тяжело.
Она моментально соскочила с Денни, усаживаясь так далеко на другом конце дивана, как только возможно. Она посмотрела на Денни, нахмурившись и поджав губы. Наверное, у него было такое же забавное выражение лица, как и у меня, потому что ее настроение ничуть не изменилось. Выглядя настолько же возбужденной, настолько смущенной, она взглянула на меня и огрызнулась:
— А ты куда?
Ее тон слегка удивил меня, но я понял, что это по большей части из-за моего подкола.
Она, казалось, мгновенно поняла, что была груба, и попыталась успокоиться, пока я отвечал:
— К «Питу». У нас снова концерт.
— А, круто.
Пройдясь взглядом по моим волосам и одежде, она будто бы наконец заметила, что я одет иначе. Ее осмотр заставил мое дыхание участиться.
Стараясь скрыть свою реакцию, я спросил:"
"— Так что, ребята, вы со мной?..
