Что я вообще могу для него сделать? Но если будет нужно, я рядом, и мне хотелось сказать ему об этом.
Челюсть Денни напряглась. Злость, ревность и печаль одновременно отразились на его лице. Вздохнув, он отвел взгляд в сторону.
— Ты сделал достаточно, Келлан.
Я не понял, на какой эмоции он в итоге остановился, и эту фразу можно истолковать по-разному… Но зная то, что знаю о нем я, буду наивно верить, что он сказал это в хорошем смысле. Буду думать, что только так он мог отблагодарить меня, потому что настоящая благодарность была бы слишком щедрым отпущением моих грехов.
Рискуя поддаться обуревающим меня эмоциям, я похлопал Денни по плечу.
— Пока, приятель… Береги себя.
Не знаю, считает ли он меня приятелем, но для меня он навсегда им останется. Я приберегу для него свою дружбу.
И снова удивляя меня, Денни ответил на мой жест с такой же теплотой.
— Ты тоже… приятель.
Я правильно сделал, что приехал попрощаться с Денни. Коротко обняв его, я развернулся и ушел. Не хотел раскиснуть прямо здесь и не хотел, чтобы это увидела Кира.
Вспарывать эту рану не хотелось, как не хотелось и отвлекаться от главной сути этого момента. Сегодня мне нужно было поговорить с Денни. А Кира… Все, что мне нужно было ей сказать, я уже сказал в больнице. Больше говорить не о чем. Между нами все кончено.
Но даже при все этом я не мог удержаться, чтобы не посмотреть на нее в последний раз, прежде чем нас стала разделять толпа. Кира тоже смотрела на меня, и на несколько кратких мгновений, наши взгляды встретились.
Прошла куча времени с тех пор, как я смотрел прямо ей в глаза. Меня передернуло от боли, будто я случайно взялся за забор, который был под напряжением. Я почувствовал слабость и уже был уверен, что в любую секунду могу свалиться на пол. Хотя более вероятно, что я просто подбегу и сожму ее в своих объятиях. Но я не мог, так что, хотя все мое естество не желало уходить, я отвернулся и позволил толпе поглотить меня.
Остановившись в конце холла, я оглянулся. Я все еще мог видеть Денни и Киру в просветах между людьми.
Они стояли ко мне спиной. Денни приобнял Киру, она положила голову ему на плечо. Даже с такого расстояния они были больше похожи на поддерживающих друг друга друзей, нежели прощающихся влюбленных.
Потом Денни наклонился и поцеловал ее. Это был прощальный поцелуй, наверное, последний, больше у них такого никогда не будет. Чувствуя, будто я вмешиваюсь в чужую жизнь, я посмотрел вниз. Это только их момент, меня в нем быть не должно.
