И поверь мне, если бы мы действительно переспали в ту ночь, ты не смог бы отрицать этого, даже если бы захотел. Ты бы рассказывал о нас всем вокруг… — она наклонилась еще ближе, давая мне довольно приличный обзор на ее декольте. — Все это чертово время.
Фыркнув, она выпрямилась и отошла от меня. Я смотрел, как ее бедра покачивались, когда она уходила и подумал, что она, вероятно, права. Гриффин точно не мог заткнуться из-за ночи с ней. Ему снесет крышу, как только он узнает, что она вернулась.
Когда Анна ушла, я раскрыл ладонь и уставился на гитарную подвеску, которую прятал в руке до этого.
Я смыл кровь, когда в последний раз ходил в уборную, и теперь кулон блестел в свете ламп. Я не был уверен, что с ним делать, но его вид меня успокаивал, и я вдруг осознал, что постоянно на него посматриваю."
"Теперь, когда Анна была здесь, казалось, что для Киры все встало на свои места. Это заставило меня почувствовать себя лучше. Анна позаботится о ней, теперь я могу отпустить ее. Может быть, то же нужно сделать и с кулоном — выбросить его в мусорное ведро и отпустить.
Вместо этого я сунул его обратно в карман. Я не мог полностью отпустить Киру.
Анна была верна своему слову и быстро нашла место для них с Кирой. Как только Кира вернется из больницы, она будет готова к своей новой жизни… без меня. Я даже больше не увижу ее у Пита; Дженни сказала, что она уволилась. Мой мир рушился на глазах, но думаю, так и происходит во время разрыва отношений. Не знаю, у меня никогда не было такого раньше.
Все помогали Анне и Кире устроиться на новом месте, поэтому и я помогал.
Думал, это будет своеобразным катарсисом, но на самом деле, было просто больно. Мне почти нечего было предложить, но я отдал Анне единственную приличную вещь, что у меня была — мое кресло. Оно должно быть у Киры. Может, она будет думать обо мне всякий раз, садясь в него.
Выйти из больницы с Кирой все еще было трудно, но ходить по ее новому дому было гораздо труднее. Она построит здесь свою жизнь, и я не буду ее частью. Проходя мимо коробки вещей в коридоре, я остановился и полез в карман куртки.
Убедившись, что вокруг никого нет, я вытащил кулон Киры. Некоторое время я просто смотрел на него в темноте, размышляя, затем расправил ладонь и бросил его в коробку. Это не мое. Я отдал его Кире и, как и мое плюшевое кресло, я хотел, чтобы кулон остался у нее. Я буду помнить Киру по-своему.
Позже, когда я шел к своему дому, чудовищность пустоты осела на меня. Все, что принадлежало Кире, исчезло.
