"
"Я знал, что важна каждая секунду, но еще я знал, что из-за этого Денни серьезно влипнет… Особенно если Кира погибнет. Черт, пожалуйста, не дайте ей умереть.
— Уходи. Сейчас же, — сказал я ему.
Больше заботясь о том, чтобы остановить кровотечение, чем о возможном ущербе для головы Киры, я притянул ее к себе, укладывая голову на колени настолько аккуратно, насколько позволяла моя здоровая рука, и прижал край своей футболки к ране. Ткань мгновенно потемнела.
Глаза Денни стали еще шире, когда он посмотрел на меня.
— Нет. Я останусь с ней.
В его голосе слышалась ревность, но сейчас у нас не было на это времени. Сейчас нужно подумать о Кире.
Напуганный и раздраженный, я выплюнул:
— Ты же, блин, гений, разве нет? Твою тупую задницу упекут в тюрьму, если останешься. Ты, черт возьми, это понимаешь? Ты выбил из меня всю дурь, твоя девушка…
Я не закончил мысль, Денни меня перебил.
— Я не оставлю ее.
Глядя, как растет пятно крови на моей футболке, я закричал:
— Оставишь, черт тебя дери! Тебя скрутят и упрячут за решетку, твоей карьере придет конец! Ты этого, мать твою, хочешь? Думаешь, Кира бы этого хотела? — я сплюнул кровь, скопившуюся во рту, чтобы придать остроты своему аргументу.
— Хватит со мной спорить и вали уже отсюда!
Денни, казалось, впервые заметил, что он хорошенько меня разукрасил. Он смотрел на меня, затем взглянул на свои руки.
— Господи… Что я наделал?
Я вздохнул. Нужно оставаться спокойным, если я хочу заставить его уйти.
— Ты ничего не сделал. Тебя вообще здесь не было.
Ты меня понял? — я поднял бровь. Она болела. Черт, все болело.
Осторожно потянувшись к заднему карману здоровой рукой, я вытащил кошелек и бросил его Денни. Он, казалось, не понял, зачем я это сделал, поэтому пришлось объяснить, не забывая придерживать самодельный компресс Киры.
— Беги. Я скажу, что нас ограбили и все плохо кончилось. Скажу, что Кира пыталась меня защитить, и… и она… — я вздохнул и взмолился: — Денни, уходи, пока не поздно!
Не отрывая взгляда от Киры, Денни медленно встал.
— Помоги ей… Ты же останешься с ней?
Я кивнул, указав на дорогу.
— Да. Сейчас, пожалуйста, иди, пока никто не вышел на улицу.
Денни посмотрел на меня. Он был раздавлен. Хотел уйти, но еще больше хотел остаться и признаться во всем. К черту все. Я не позволю ему выбросить свою жизнь в мусорку только потому, что я довел его до ручки. Это моя вина, а не его.
— Кира хотела бы, чтобы ты ушел, — твердо сказал я. — Она не хотела бы, чтобы ты пострадал из-за этого.
