Эти тикающие часики в голове отвлекали меня от процесса…
Эван остался со мной дома, и мы работали вместе до глубокой ночи. Я уснул на диване в беспорядке из листов с аккордами и негодными текстами. Я Поспав несколько часов, я снова принялся за работу. Глаза и пальцы болели, мозг кипел, но я продолжал до тех пор, пока не настало время ехать на выступление в центре. После шоу я снова обосновался у Эвана, чтобы немного поспать и снова вернуться к работе. Чем быстрее я закончу, тем быстрее смогу вернуться к Кире.
К вечеру четверга все было готово, и группа могла приступить к репетициям.
Мы с Эваном облегченно выдохнули, когда песня была завершена. Взглянув на меня, Эван пробормотал:
— Было, конечно, весело, но давай это будет первый и последний раз, окей?
Смеясь, я кивнул. Написать песню, положить ее на музыку и отрепетировать в течении всего пары дней… Таких привычек нам не надо. Но получилось неплохо. Песня была вполне достойна Киры.
Когда подтянулись Мэтт и Гриффин, мы начали репетицию. Я хотел, чтобы ребята знали ее достаточно хорошо, чтобы можно было в любой момент включить композицию в наш сет-лист.
Мне почему-то казалось, что, когда придется сыграть ее, времени на подготовку будет немного. Репетиция шла дольше обычного, Гриффин как обычно капризничал и показывал свой нрав, поэтому мы закончили ближе к вечеру. Когда Мэтт и Гриффин уехали к Питу, Эван хлопнул меня по плечу.
— Хочешь пойти сегодня вечером? Подышать свежим воздухом?
Я колебался. Было бы здорово увидеться с Кирой, но мне нужно еще кое-что сделать.
Песня была лишь частью моего прощания.
— Нет, у меня еще есть одно дело… Не поможешь?
Эван вздохнул, но кивнул.
— Конечно, чувак. Что нужно делать?
Зная, что он не ожидает услышать это, я криво улыбнулся.
— Мы идем по магазинам.
— Дерьмо, — Эван закатил глаза. Я смеялся, когда он взглянул на меня. — Теперь ты мой должник до гроба, ты в курсе?
— Да, я твой на весь следующий год, — я встал и хлопнул его по спине.
— Чертовски верно, — пробормотал он, вставая и надевая куртку.
— Хорошо, давай сделаем это.
На выходе он бросил:
— Я поведу Шевелл.
— Иди к черту, — ответил я. Никто кроме меня не водит мою малышку.
Улыбнувшись, Эван повернулся ко мне с протянутой рукой.
— Ты должен мне, помнишь?
У меня отвисла челюсть.
— Ты серьезно?
Он не отреагировал, просто улыбнулся еще шире. Нахмурившись, я потянулся в карман куртки за ключами. Чувствуя себя так, словно отдаю своего первенца, я вложил ключи в его ладонь.
