— Нам в любом случае нужно узнать есть беременность или нет. Ты же понимаешь, что лучше сразу обсудить эту ситуацию с твоим личным врачом. — я старался, чтобы голос звучал ровно. Никто даже не догадывается, каких усилий это стоило. Поля закроется, если на нее давить, нужно действовать мягко, но у меня страх за ее жизнь и здоровье затмевал другие чувства. Да и мягким по природе своей не был. Видел проблему, брал и решал, не ходил вокруг да около, а тут ситуация… дрянь.
— Хорошо, — равнодушно согласилась Поля.
У меня было ощущение, что она от меня закрылась. Разберемся позже. Главное, сделать анализ и поговорить с врачом. Может он сможет повлиять на ее решение? Хотя вряд ли…
— Зинаида Владимировна звоните мне, пожалуйста, каждые двадцать минут или пишите Герману, сообщайте, как Маша. — Полина никак не могла оставить дочь, пришлось взять ее за руку и отвести к машине.
Очереди возле кабинета забора крови не было. Полину пригласили войти, я остался ждать у двери. Мы оплатили анализ в частной лаборатории, о диагнозе Поли не сообщали.
Просто хотели узнать, беременна она или нет.
— Просили подождать полчаса, — вышла она и встала со мной рядом у окна. Полину трясло, прижал к себе, зарылся пятерней в рыжие шелковистые волосы. Полчаса ада. Мое спокойствие было мнимым, внутри был напряжен, как высоковольтные провода. Нервничал ужасно, просто не показывал.
Секунды казались вечностью, каждая из них била по натянутым нервам. Стоило двери кабинета открыться, я замирал в ожидании. И каждый раз кто-то просто выходил…
— Ваши результаты готовы, — вышла к нам девушка-лаборант.
Хотелось все окончательно пояснить, но как же хреново было на душе. Пальчики Поли впились мне в спину, ее стало трясти еще сильнее. — Надеюсь, я вас не очень сильно расстрою, — подняла она взгляд на нас, а у меня сердце пропустило удар. — Вы не беременны.
Глава 36
Полина
«Вы не беременны» — после этих слов сдерживаемое напряжение прорвалось наружу.
Я разревелась, как ребенок. Не сдерживаясь и не прячась. Громко. Навзрыд.
— Ну, что вы так расстроились? Будут у вас еще дети, — неправильно оценила мою реакцию лаборантка и принялась успокаивать."
"Как объяснить незнакомым людям, что это слезы радости? Что не придется стать убийцей невинного младенца. Что моя безответственность не привела к трагедии.
Герман прижимал меня к себе и успокаивающе гладил по спине.
